На следующий день мы еще до обеда вышли к реке, которую я решил считать именно Окой, и когда вышли на берег, один из парней сказал:
— Ты, человек с разноцветными котами, хорошо знаешь путь. И мы проводим тебя до конца твоего пути, если позволишь.
Я, конечно, позволил, хотя мне все же пришлось реку пересекать вброд. Ага, в мае — но вода мне показалась не ледяной уже, а просто холодной. А когда я после перехода реки просто взял и переоделся в сухое, сопровождающее меня племя в едином порыве… поглядели на меня несколько косо. Но ничего не сказали, точнее, сказали «веди нас дальше» — и еще через три дня мы вышли туда, куда я и хотел попасть. Вот интересно: я тут вообще ничего не узнавал, но внутренний голос явно говорил' все, приехали' — и я ему возражать не стал. И не стал возражать, когда сопровождающие спросили, не против ли я того, чтобы и они поселились рядом…
А на следующее утро, поймав на завтрак пару рыбин и их съев (поделившись, естественно, со звериками), я решил осмотреться подетальнее, и, поднявшись на небольшой холмик, увидел странное сооружение. Что-то вроде большой глинобитной хижины без дверей, а когда я в отрытый проем заглянул, то чуть от удивления не упал: внутри этого заведения стоял большой камень с рисунком (первобытным, таким, какой в учебниках по древней истории помещались, по технике таким же). А на рисунке был изображен человек с двумя котами, сидящими у него на плечах…
Жизнь третья: Становление народа
Я подошел к камню поближе и внимательно осмотрел рисунок, для чего пришлось фонарик телефонный включить. Хижина была довольно большой, вход в нее — узкий, так что света оказалось маловато. Хотя… вход вроде бы от камня был точно на юге, то есть в полдень солнышко прямо внутрь светить и будет. К тому же, если снаружи хижина была сделана из простой глины, то внутри стены были вымазаны (или оштукатурены) глиной светло-серой, почти белой (и я даже примерно знал, где тут такая водится). Но мне все же не сама хижина была интересна, а эта картинка: при свете я увидел, что котики на плечах человека действительно разные: один рыжий (чем-то вроде охры нарисован), а другой — темно-серый, я такую «краску» в прежней жизни видел, когда народ смешивал как раз эту светло-серую глину и деготь. А человек на картинке — он был примерно такой, каким человеков рисовали древние, вот только на картинке человек был явно одет (лицо и руки рисовались охрой, а тело светло-серой краской нарисовано), а одной руке он держал… при известной фантазии можно было принять это как переноску для котов. То есть это мой портрет со зверятами был тут нарисован! Но как, ведь с «прошлого раза» прошло уже тридцать тысяч лет? И вообще это была уже «другая реальность»!