— Зачем яма? — спросил я у старшего, удивляясь, с какой скоростью оставшиеся роют землю.

— Еда испортится. В яме не испортится.

Мне стало очень интересно, что же туземцы придумали, чтобы мясо не портилось, но додумать я не успел: старший отошел в другую сторону от ямы и присел. И только тут до меня дошло, почему у него бороды и усов не было: оказалось, что это не он, а она! А чуть позже я выяснил, что среди гостей мужского пола были лишь двое самых мелких, которые, очевидно, были еще безбородыми мальчишками. А эти тетки мало что шириной плеч могли поспорить с каким-нибудь бодибилдером из моего прошлого времени, так еще и разговаривали… все же не басом, но вот женскими я бы из голоса точно не назвал. Да и землю они рыли, как пресловутые «два солдата из стройбата»…

А зачем рыли, я понял спустя еще полчаса: где-то за час до захода они рыть перестали, разбежались, нарвали кучу каких-то больших листьев (не лопухов, каких-то резных, эти я вообще не знал), обернули ими куски мяса (причем еще и перевязали свертки жгутами, из травы скрученными) и все это в яму и сложили. А я увидел, что там, в яме вообще лед проглядывается, то есть тут, похоже, вечная мерзлота еще была. То есть все же не очень вечная, в «мое время» ее уж точно не было — но идея хранить мясо в холодильнике явно людям не в двадцатом веке в голову пришла.

А затем они сделали то, что вызвало у меня дикую дрожь: они полезли в речку мыться! В совершенно ледяную воду полезли, предварительно измазавшись глиной. А закончив с этим экстремальным спортом, они все еще и одежду свою, из шкур, между прочим, сшитую, тоже измазали очень тщательно глиной от отполоскали в реке. А на мой вопрос «зачем» старшая, как бы недоумевая от тупости вопроса, пояснила:

— Еда запах далеко почувствует, еду будет не поймать.

— Но шкуры мокрые…

— Завтра высохнут. А еды много, нам ее ловить завтра уже не надо…

Впрочем, спасть они отправились не голышом, то есть не совсем голышом: нарвали много травы и устроились, подстелив ее и снизу, и обильно сверху накидав. А утром я увидел, что возле моего дома (а они снаружи устроились) остались только трое…

Еще я заметил, что гости, оказывается, всю ночь костер поддерживали, и, когда я вылез на улицу, эта троица куски мяса жарила, нанизав их на палочки. А на мой вопрос, где остальные, старшая сказала:

— Еды много, мы быстро не съедим. Пошли звать других, там еды мало…

Ну мне-то мяса точно жалко не было, даже в вечной тутошней мерзлоте оно вряд ли продержится хотя бы неделю. Точнее, было бы жалко, если мясо пропадет, а, судя по тому, что где-то у других еды нет, такого зверя завалить — дело довольно сложное и получается это очень не всегда. А эти тетки (мальчишки как раз и ушли с одной из теток) на неделю даже четверть закопанного мяса не съедят. Правда, у меня тоже голодные рты имелись, но уж они-то…