— Ладно, — вздохнула чародейка, мягко отталкивая руки Гаспара, — можешь отпустить уже. Я в порядке.

— Врешь.

— Конечно, но на ногах устою. Честно.

Гаспар нехотя расслабил руки, выпуская Жозефину из объятий, достал из кармана тускнеющий кристалл. Чародейка нетвердо встала на ногах, сделала неуверенный шаг, но едва слышно простонала, взявшись за голову, и неуклюже зашаталась. Гаспар потянулся, чтобы удержать, однако чародейка жестом остановила его. Потом затрясла головой, звонко хлестнула себя по щекам, обругала. Удивительным образом, это и вправду несколько помогло ей. По крайней мере, иссушенное колдовством тело решило больше не капризничать и не валиться обратно в мужские руки, как бы приятно это ни было. Чародейка взъерошила влажные от пота волосы, повернулась к Гаспару.

— Ты хоть понял, что здесь произошло? — обняла себя за плечи она.

— У магистра Финстера крайне буйные и агрессивные воображаемые друзья? — угрюмо предположил Гаспар.

Жозефина снисходительно усмехнулась.

— Воображаемые друзья и голоса в голове советуют убивать людей, но делают это не своими руками.

— Тогда что это было?

Она подняла на него уставшие, потускневшие глаза.

— Нет, — непреклонно отрезал он.

— Ты сам все видел моими глазами!

— Ты же не настолько наивна, чтобы верить в дьяволов ночи, — упрекнул Гаспар.

— А я не верю, язнаю , что они есть, — глухо отозвалась раздраженная Жозефина. Она чувствовала себя глупо из-за лезущих в голову и злящих мыслей. Раздражения добавляла мокрая от пота спина и липнущее к телу неудобное платье. А еще цепочка, спрятанная под шелком. — И ты знаешь — ты же комиссар Комитета Следствия Ложи, неужели ни разу не сталкивался с ними?

— Бывший, — привычно и механически поправил ее Гаспар. — Я — бывший следователь. И да, я сталкивался с демонами, потому-то отказываюсь верить. Я видел, как они убивают, и видел, что они после себя оставляют. То, что я видел сейчас, — даже близко не похоже на резню на Березовой улице.

Жозефина посмотрела на него почти с материнским упреком, словно на неразумное чадо.

— Тогда посмотри фактам в лицо: убийца не отпечатался в памяти места. Нет никакого способа вычеркнуть себя из пространства и времени, никакие чары, заклятья и талисманы на это не способны. Еслия ничего не увидела, это означает, что само место не запомнило убийцу, — чародейка сделала паузу, переводя дыхание. Голова слегка закружилась. Где-то внутри, в животе, дало о себе знать мерзкое ощущение беспомощности и слабости. — Потому что убийца, — через силу вымолвила чародейка, — не принадлежит нашему миру.