И всё бы у него получилось, будь я обычный человек. Без Даров. Но даже и так он мог меня объегорить. Меня. Но не Митрича.

— Добруш, ты ж вроде немного выпил? Или это тебе новое капитанство мозги набекрень поставило? — подскочил дед, по ходу дела оттормаживая ватажников. — Бросайте эти коряги, сынки, и бегом на третий склад. Оттуда начнём.

— Да какая разница, старый, — включил дурака Добруш, чтобы сильно не палиться. — Давай по порядку и начинать.

— Какая разница? — прищурился хитрый дед, погрозив ему пальцем. — Один гребёт, другой дразнится, вот и вся разница. Ты Добруш завязывай с этим, я на такие зехера сам мастак. Со мной не пролезет. На третий склад пошли, говорю. Я тута командую.

— Да командуй, командуй, я как лучше хотел… — проворчал Добруш, нацепив обиженный вид.

Но Дары показали, как ему это тяжело далось. Союзничек блин…

— Мишель…

* * *

Я обернулся. Димыч. Мял в нерешительности булки, но явно из благих побуждений.

— Чего? — рыкнул я, постаравшись смягчить тон.

— Могу чем-то помочь?

Я на нервозе чуть его не послал. Чем помочь? Да ёкарный бабай, бери и таскай! Но всё же сдержался. А чуть подостыв, и вовсе испытал чувство неловкости. Димычу здесь всё в диковинку, он пока ещё только вникал. Вдобавок использовать его как грузчика… Ну такое себе. Хоть с позиции дружбы посмотри, хоть с позиции логики. Нам сейчас головой надо работать, а не руками.

— Ты вот что… Дуй к Митричу и ходи за ним хвостом. Всё смотри, во всём разбирайся, — чуть поразмыслив, сказал я. — Что грузят в первую очередь, как называется, сколько стоит. Если что, скажи: я послал. А будет бузить, сразу зови. Уяснил?

— Уяснил.

Димыч прямо-таки засветился, получив индивидуальную задачу. Подорвался и бодрым сайгаком ускакал к третьему складу, откуда сейчас шла погрузка. А я сам дурак, мог бы и раньше его приобщить. И насчёт Митрича зря переживал. Он любил поучать и принял Димыча в помощники без разговоров.

Так, вроде ещё один вопрос наладили…

— Мишель…

— Кому там ещё… — рявкнул я, разворачиваясь, и осёкся.

Платон при всех непонятках, как минимум заслуживал вежливого обращения.

— Прости, в образ вошёл, — извинился я за случайную грубость. — Что хотел?

— Да пустое, я же вижу, сколько у тебя забот, — отмахнулся тот, ничуть не обидевшись. — Но сразу скажу, моя просьба тебе не понравится.

— Да чего уж там, говори. Тебе я не вправе отказать, — вздохнул я, стараясь не сильно кривиться.

— Людей дай, — сказал он и, заметив мою реакцию, выставил ладонь в успокаивающем жесте. — Немного. Ваську, пару матросиков и кого-нибудь из местных. Шлюп хочу к перелёту подготовить, а у меня там банки на нуле.