Причина остановки оказалась простой: Платон решил выгрузить случайных попутчиков и распрощаться.

Спасательный шлюп уже висел в метре над землёй перед пикапом головного дозора. По навесному трапу спускался довольный как удав Митрич. Капитан, широко улыбаясь, шёл мне навстречу.

— Ну что,Мишель, был рад знакомству, — проговорил он, протянув руку. — Надеюсь, ещё свидимся.

«Надеюсь, нескоро», — подумал я и ответил рукопожатием, тем не менее пребывая в некотором замешательстве.

Все мои подозрения и пессимистичные прогнозы не сыграли. Получалось, Платон нам бескорыстно помог и теперь собирался отчаливать, не требуя ничего взамен. По-хорошему надо как-то отблагодарить, но не деньги же ему предлагать. Капитан, похоже, из той породы людей, которых подобное предложение может обидеть…

— Оставь дурные мысли Мишель, ты ничего мне не должен, — усмехнулся Платон, догадавшись о природе моего замешательства. — Жизнь длинная, сочтёмся ещё.

— Оно понятно, но мне и в самом деле неловко. — смущённо протянул я.

— Сказал же: пустое, — отмахнулся он и закруглил разговор. — Ну всё, дружище, бывай. Я полетел. Мне ещё народ куда-то девать, с имперскими дознавателями разбираться, генерала известить о моём возвращении. Ангелина Петровна, опять же, волнуется…

С этим Платон потрепал меня по плечу, развернулся и, сверкнув напоследок улыбкой, размашистым шагом направился к шлюпу. Его место тут же занял сияющий Митрич.

— Отличная штука, этот воздушный корабель, — поделился он впечатлениями от полёта. — Нам с тобой такую обязательно надобно заиметь.

— Нам с тобой? Заиметь? — изогнул бровь я, изображая непонимание.

— Ну да, нам с тобой. И ещё с приятелем твоим, Митькой, — кивнул дед. — Ватаге без воздушного шара никуда, но такой корабель стократ лучше будет. Таких дел наворотим…

Он говорил, словно мы уже обсудили детали, определили, кто за что отвечает и сколько кому причитается. Нет, так-то я ничего против не имел, но всему своё время. Не стоило бежать впереди паровоза.

— Давай, старый, сначала с текущими делами закончим, а потом будем корабли покупать, — остудил я пыл Митрича со строгими интонациями в голосе.

— Так, чего ж мы тогда стоим, — спохватился он, прихлопнув руками по бёдрам. — Поехали, сынки, поехали.

Митрич загнал по машинам ватажников, что тоже разминали конечности, пользуясь нежданной оказией. Спасательный шлюп взмыл в воздух, взяв курс на шпиль ратуши Белого Города. Наша колонна тронулась и ещё минут через сорок мы были на месте. Если уточнять, то на территории товарной станции. А если совсем уточнять, то у ворот огромной складской зоны с вывеской «Императорская артефакторная заготконтора».