В целом «Весы Шансов» подтверждали, что тактика выбрана верная.

Совсем уж в угол я ватажников не загнал, и по факту они ничего не теряли. Арифметика циничная, но с учётом потерь в живой силе, на руки каждому выходило как бы не больше. И моральных терзаний я не испытывал. Потому что не хрен было меня хватать и заставлять против воли работать. Да ещё и бесплатно.

Тем не менее пауза затягивалась. И кто знает, чем бы дело закончилось, если бы напряжение не разрядил Горлопан. (Я его опознал по характерному прокуренному голосу).

— Вот это я понимаю! Вот это по-нашему! — воскликнул он, с явными нотками одобрения. — Раз, и половину оттяпал. Другому бы не отдали, но ты забирай. Тебе, Бесноватый, не жалко.

Красавчик. За такую подачу мне ему только спасибо сказать. Типа это не я отжал у них половину добра, а они разрешили. По своей воле сделали царский подарок. Впрочем, особенных возражений у меня не возникло. Ситуацию, так или иначе, надо финалить. А выход, предложенный Горлопаном, как бы не один из самых приемлемых. И для ватажников, и для меня.

— Айда к нам капитаном, а Бесноватый, — не унимался тот. — С тобой мы половину Диких Земель раком поставим. А, хлопцы? Дело я говорю?

Хлопцы поддержали предложение согласными возгласами, чем тотчас вызвали недовольство со стороны Добруша.

— Вообще-то, после Меченого старший я, — бросил он, одарив меня неприязненным взглядом.

— Ващет, старший здесь я, — бесцеремонно перебил его дед. — И толковище собрал тоже я. Так что сядь и примолкни пока. И вы, сынки, рассаживайтесь, будем продолжать.

На самом деле Добруш беспокоился зря.

Нет, так-то я понимал, что одиночке в Диких Землях ловить нечего. И даже вдвоём с Димычем мы далеко не уедем, так что свою ватагу надо собирать однозначно. Но именно, что свою. А приглашение Горлопана возглавить бывшую команду Меченого меня не прельщало. Слишком уж предыстория сложилась хреновая: пленение, рабство, смерть Прохора, в которой я отчасти замешан. Лояльности от них ждать как минимум глупо. Плюс Добруш по-любому зло затаит и подгадит при первом же удобном случае.

— Ну что сынки, бум щитать, один вопрос мы закрыли, — резюмировал Митрич, когда все расселись, и, достав блокнот с карандашиком, уточнил: — Значится, мне и моим хлопцам положили равную долю, и половина с хабара отойдёт Бесноватому. А среди своих пускай уже сам распределит кому сколько. Так?

Прежде чем записать, он обвёл всех изучающим взглядом. Я же мысленно усмехнулся его предприимчивости.

Хитрый дед внаглую протащил свой интерес, да так, что ему слова поперёк никто не сможет сказать. Возражения будут выглядеть камнем в мой огород, а как уже выяснилось, связываться со мной ватажники не горели желанием…