— А кто платить будет? У наших денег нет, да и что с артистов возьмешь⁈

— За счет принимающей стороны, коллега, — пропел полковник. — За счет принимающей стороны. А мы уж найдем, как это оформить.

— Но вы же понимаете, если это всплывет, проблем не оберешься, — заметила Серафима Павловна.

— Оформим, если что, как дружеский жест немецкого пролетариата советским работникам сцены! Отказаться от такого подарка нельзя, ведь верно⁈ Не правильно поймут! Обидятся еще чего доброго!

Серафима Павловна внимательно посмотрела на полковника. Напряжение впервые за день ослабло. Она поняла, что шпионские игры Кузнецова порой приносят сугубо практическую, вполне осязаемую пользу.

— Предположим, Игорь Прокопьевич, — Царева решила разобраться с проблемой до конца. — Сегодня их накормят ваши коммерсанты, а завтра?

— Завтра тоже…

— Так это что вам такое придется им пообещать, чтобы они взяли на иждивение шестьсот человек. Вернее — тысячу двести вместе с вашими. Или ваши проходят прямо через комитет и не зависят от Министерства культуры?

— Наши — не зависят, — рассмеялся Кузнецов. — Серафима Павловна, у вас сутки, чтобы все организовать. На большее их аппетитов и моих возможностей точно не хватит.

* * *

Альбина не стесняясь разглядывала здание штаб-квартиры концерна Mannesmann. Элегантный и сдержанный небоскреб на берегу Рейна произвел на нее неизгладимое впечатление. Даже искушенному XXI веком Стрельцу здесь было что оценить. Двадцатидвухэтажная каркасная высотка, ставшая символом немецкого экономического чуда, стояла на массивных опорах из круглых стальных труб — основного продукта и гордости самого концерна. Само это прогрессивное архитектурно-инженерное решение без лишних слов свидетельствовало о надежности, технологическом лидерстве и исключительном качестве всего, что выходит из рук мастеров этой стальной империи.

Своей узкой стороной монументальный и при этом изящный офис выходил на реку. Его необычный сетчатый фасад, состоявший из стекла и сине-белых стальных панелей, органично вписывался в более раннюю застройку и соседствовал со старым зданием штаб-квартиры, возведенным в начале ХХ века. Эта архитектурная преемственность лучше всяких слов свидетельствовала о головокружительном успехе и нерушимой стабильности предприятия.

Стрелец сидел в просторном конференц-зале, отделанном панелями из светлого ясеня. Напротив него, за длинным Т-образным столом, расположились трое топ-менеджеров концерна во главе с доктором Герхардтом — сухопарым немцем с военной выправкой и цепким, оценивающим взглядом. На столе перед ними лежали чертежи новых мощностей, спецификации сплавов и другая просветительская продукция.