С ее точки зрения, главным преимуществом Басова были несомненное трудолюбие и преданность семье. Жена замминистра замечала, что он нравится женщинам, и время от времени даже подозревала его в ветрености, но видела: дочь с ним счастлива, а внучка просто обожает отца.

Поворотный момент, который наступил в его карьере, — а она чувствовала, что этот экстренный вылет на родину и рандеву с самим Громыко будут иметь далеко идущие последствия, — мог стать либо волшебным пенделем, либо — полным крахом.

В очередной раз приоткрывая духовку, чтобы проверить, как там пирожки, она то и дело сбивалась на тревожные мысли о семье. Помощница по хозяйству — молчаливая деревенская девушка Зина — тщательно протирала хрусталь. Кацолаповой стоило немало времени и нервов научить домработницу правильно накрывать на стол, но зато теперь все ее подруги тихо заходились от зависти.

Когда Кацолаповы приглашали гостей, одной лишь сервировки было достаточно, чтобы произвести впечатление — настолько это было красиво, а все остальное уже не имело значения. Мирослава Семеновна копила этот опыт годами, начиная со специальных курсов при МИДе и заканчивая заграничными посольствами, где служил ее муж, а также, перенимая его от более продвинутых жен старших дипломатов. Все эти навыки она по мере возможности передавала дочери. Еще и поэтому Альбина так органично смотрелась на посольских приемах в Бонне: в ней чувствовались и природная стать, и семейная традиция.

Мирослава Семеновна посмотрела на часы: мужчины опаздывали. Чтобы занять себя и немного сбросить напряжение, она прошлась по комнатам. Жена замминистра не слишком любила их новое жилье в Плотниковом переулке, хотя квартира была просторнее, а сам дом считался более престижным. Куда больше ей были по душе их прежние апартаменты в знаменитом доме архитектора Жолтовского.

Там ее радовало все, начиная от необычной организации пространства: все квартиры выходили на одну сторону — либо на улицу, либо во двор. Правда, их жилище было угловым и располагалось в подъезде прямо под башней. Вместо привычных стен комнаты общего пребывания разделялись стеклянными перегородками в деревянных рамах. Когда Мирослава Семеновна раскрывала их, создавалось впечатление просторного бального зала. В таком антураже ее изысканная сервировка смотрелась совсем иначе — величественнее, что ли. Да и сам дом походил скорее на итальянское палаццо, нежели на современное жилье.

Их новый дом в Плотниковом построили накануне войны. Мирослава Семеновна еще помнила те времена, когда на этом месте стояла церковь Николая Чудотворца, и мысли о том, что они живут на поруганном святом месте, нарушали ее покой. Не то чтобы она отличалась глубокой религиозностью, но и атеисткой никогда не была. По этой причине после переезда в Плотников переулок женщина стала даже как-то тише, незаметнее. Жену замминистра слегка успокоило только новое увлечение: она занялась изучением истории разрушенного храма.