потоптались? Может, ты и падалью не брезгуешь? Говна со двора тебе в тарелку набрать?

Специально выбрал двор с кучей побольше?

Молчание затянулось. Моё сознание уже готово было меня покинуть.

- Достаточно, - с нарочитой небрежностью бросил Сухой.

Удары прекратились.

А я просто обмякла. Одним глазом видела, как смотрел на меня Макс – всё так же холодно и

безразлично.

В углу всхлипывала сестра, по которой он мазнул ещё более безразличным взглядом.

Но вдруг он плавно, но с силой оттолкнул в сторону Сухого, который тут же зашипел от боли в

боку. Макс подошёл ко мне, присел на корточки и приподнял мою голову за подбородок, будто я

здесь вещь не дороже обоссанной тряпки.

Сведя над переносицей густые черные брови, он разглядывал моё лицо с одним заплывшим

глазом.

Во рту стоял привкус крови, которую я сплюнула в сторону. Оттёрла губы тыльной стороной

ладони и даже попыталась встать.

Макс едва заметно отрицательно качнул головой. Я, почему-то, осталась лежать.

- Тебе бы сейчас на тёплый мягкийматрасик , малышка, - сально протянул

он. Но акцент на слове «матрасик» сказал мне о многом.

- Не мешало бы, - протянула я хрипло, едва шевеля губами. Голова ужасно кружилась. –

Кстати, не знаешь, где найти этотматрасик ? Или он сам меня найдёт?

- Найдёт, - уверенно кивнул Макс, слегка улыбнувшись уголком губ. – Твой матрасик

обязательно тебя найдёт. А если матрасик хороший, то он уже где-то рядом. Просто будь

хорошей тихой девочкой и постарайся не сдохнуть раньше, - очень холодно и резко подытожил

он. Отпустил моё лицо и вынул из кармана телефон, потеряв ко мне всякий интерес.

И его слова подействовали на меня так успокаивающе, что действительно позволила себе

расслабиться.

Только руку в сторону сестры вытянула, чтобы и она тоже смогла успокоиться.

Леся робко протянула ко мне трясущуюся руку, и мы соприкоснулись кончиками пальцев.

И на этом моменте я, похоже, выключилась на пару секунд, потому что очнулась тогда, когда

Макс с Сухим и амбалом выходили из комнаты, обсуждая какие-то новые паспорта, подставных

людей и левые тачки.

- У тебя везде кровь, - плакала сестра, пытаясь своей варежкой оттереть мне половину лица.

- Пройдёт, - я хотела улыбнуться, но ничего не вышло. Почувствовала, как снова начала

выключаться.

Несколько минут я балансировала на грани сознания и сна.

В ушах шумела кровь, всё тело болело настолько, что я просто уже перестала замечать боль.

- Стреляют! – испуганно обронила Олеся и прижалась ко мне, будто накрыв собой. – По дому

стреляют!

- Суки! Кто сдал! – я слышала вопли Сухого за хлипкой деревянной дверью. – Девок убейте!