Но. Но, сколько же всяких «но», и какие из них случились лишь по моему незнанию.

Доктор спал, его слуга был настроен категорически и указывал мне на дверь. Я обозлилась и подняла крик, способный разбудить и мертвого. Сработало, и я быстро изложила явившемуся на мои вопли доктору суть.

– Обождите, оденусь, – бросил доктор и ушел. Я скрипнула зубами: если он решит, что может доспать часок-другой, то пусть пеняет на себя, я и так в гневе. Пока я фурией носилась по приемной, вернулся слуга, покачал головой, поправил стул, на который я успела налететь и сдвинуть аж на середину комнаты.

– Ты веришь в тень? – спросила я резко, остановившись напротив слуги. – В то, что ее можно запереть, лишить силы, если спрятать в стене камни? Чтобы покой был, чтобы дом никто не тревожил, чтобы беду отвести?

У мужика глаза превратились как два чайных блюдца. Он с растерянностью озирался, беспомощно глянул на дверь, за который скрылся барин, потом почесал затылок.

– Что ты молчишь?

– Так, барыня, что сказать-то? – сглотнул слуга.

Если я не спятила и не угорела, то тень своей матери я видела как этого вот мужика. Но почему я, собственно, исключаю собственное помешательство?

– У нас, – продолжал мужик, ткнув пальцем куда-то вбок, – вона, старуха есть. Есть и есть, барину она то ли тетка, то ли бабка. А куда ты ее денешь?

Так?..

– Ты, барыня, чего от меня хочешь-то? – снова начал нещадно тупить мужик, но, к счастью, в дверях показался доктор, и я кинулась к нему с тем же вопросом.

– Мы ремонтируем дом, плотники разобрали стену, – сбиваясь, объясняла я доктору, а он невозмутимо завязывал шейный платок. Куда он так расфрантился, к постели больной старухи? – Моя свекровь выбросила камни, которые в стене были спрятаны. Это… она из-за этого заболела? Из-за того, что разозлила живущую в доме тень?

Доктор неторопливо заправил концы платка под жилетку и жестом показал слуге подавать тулуп. Я запоздало подумала, что он хотя бы не отказался ехать к мужеубийце, но то, что я сейчас говорю, легко сыграет против меня. Этот самый эскулап со мной промолчал, как бы ничего и не случилось, а куда надо живо донес, что Антипа убили.

– Мнительный вздор, – наконец высокомерно изрек доктор. Слуга крякнул и натянул на него тулуп. – Тени по воле Сущей Матери с нами.

Один вздор против другого.

Доктор принял из рук слуги саквояж, заспешил к выходу, я униженно бросилась за ним, и бежать мне пришлось до самого угла дома. Доктор шел широким, размашистым шагом человека, которому с одной стороны надо через силу исполнить свой долг, с другой – как же я ему уже надоела.