— Для этого совсем не обязательно пытаться овдоветь. У нас есть союзник-Патриарх и дружба с Мидантией. Элен, этоони , да? Они угрожали ребенку?

— Маршал Тенмар…

— Элен, я буду рад ошибиться. Но слишком много совпадений. Элен, тебя обманули. Это те самые люди, что хотели твоей смерти в Мэнде. Те, кто убили мою Кармэн. Виктор Вальданэ привез с собой проклятие, и теперь оно пожирает его душу изнутри.

— А вашу? — она защищается остатками чужих слов. И чужого вранья.

Значит, точно — Виктор.

А еще хуже, что сына Кармэн Анри убить не сможет.

— Виктор ни в чём не виноват! — кричит Элен. — Он самый лучший! Как вы смеете⁈ Вы точно сошли с ума! Это вы продались змеям, вы! Вместе с Мидантией! И с графиней…

— Элен, послушай…

Насчет змей Анри и впрямь куда-то не туда… Из-за яда. Всё-таки голова чуть закружилась — несмотря на все противоядия.

Но то, что Виктор — не змеепоклонник, не мешает ему быть неблагодарным подлецом и отравителем.

— Я ничего не скажу!

— Элен, перестань так волноваться. Это вредно для ребенка. Ничего говорить не нужно. Повторяю: я — не настолько дурак. Просто вспомни: он уже предал тебя. Трижды. Когда оставил на расправу королю Мэнда. И когда бегом рванул к воскресшей Элгэ Илладэн. А еще — когда хотел отнять твоего ребенка.

— Это всё она! Королева! Она его уговорила…

— Если это правда — Виктор паршивый король. А если вранье — паршивый человек. Впрочем, это верно в обоих случаях. Элен, неужели ты так и не поняла, кто он? Пойдем, я отвезу тебя к брату. Или к моей сестре Алисе.

— И к вашей любовнице — графине Таррент? К вашей… Нет! И Элгэ Илладэн привезли в Аравинт вы!

А надо было оставить в Квирине?

— Элен, будь разумной. Ты сама-то понимаешь, что происходит? Тыпровалила покушение. И теперь от тебя постараются избавиться. Как можно скорее. Так бываетвсегда. Виктору было не жаль подставлять тебя — не жаль будет и убить, веришь ты мне или нет. Хорошо, ты можешь остаться здесь. Но я поставлю охрану. И они не пропустят к тебе никого. Особенно… твоего отравителя.

4

Ирия с трудом, но преодолела колючую злость на наивную и беспамятную на добро дурочку Элениту. Да, та пыталась убить Анри. Верх черной неблагодарности — после всего.

Смогла бы так сама Ирия — в бытность глупой одержимости героическим Всеславом? Если совсем честно? Поднять оружие ради якобы спасения своей бессмертной любви?

Нет. Только не против собственного спасителя. Не на того, кому обязана жизнью — своей и близких.

Но даже если это дает Ирии право в чём-то презирать глупенькую Элен — придется с такими мыслями бороться. Потому как неблагодарную дурочку простил сам Анри. И любит наивный Серж.