В зале снова воцарилась тишина. Да, вот сейчас достать эту карту — карту силы, я посчитал уместным. Наконец, седой полковник коротко и резко кивнул.
— Хорошо. — Сказал он. — Попробуем по твоему. Последнее, чего я хочу, это чтобы поколение закончилось на таких уродах, как мы.
Варя усмехнулась, Агнесса тоже хихикнула. Разрядил так разрядил.
— Вот и хорошо. — Протянул я руку через стол. — Тогда предлагаю начать прямо сейчас. Я кое-что сделаю для того, чтобы получить информацию от третьей стороны, и нашим способом связи проясню ситуацию. Ты же не потерял сундучок?
— Нет, — даже как будто обиженно мотнул головой полковник, — всегда при мне. Только вот сейчас в лагере оставил…
— Ну что ж. — Я пожал плечами. — Не важно, просто знай, что связь нам потребуется чаще. А еще вот.
Я полез в инвентарь и вытащил небольшой, окованный железом сундучок. Сделал накануне переговоров, знал, что пригодится.
— Что это? — Вячеслав нахмурился и принял пододвинутый к нему коробок.
— Лекарства. — Просто ответил я. — От легочной болезни. У меня целительница есть, освоившая алхимию на высоком уровне.
Он откинул крышку, а внутри, аккуратно вставленные в продавленные пазы стояли десятки склянок из темного стекла. Сами склянки моих рук дело, в то время как их содержимое — результат бессонных ночей Жени, которая делала то, что спасет других людей. Вячеслав взял одну, с янтарной жидкостью, повертел вруках, поднес жидкость к свету, покрутил так и эдак. На флаконе была этикетка, выведенная Жениным, вопреки расхожему мнению, аккуратным почерком. От лихорадки. Принимать по одной ложке утром и вечером.
— Если бы я не был таким старым, — многозначительно начал Вячеслав, осторожно вернув флакон в сундучок и столь же острожно его закрыв, — я бы еще раз женился.
Глава 3
У всего есть финал, иногда он слишком скоропостижный, иногда напротив, чрезмерно затянутый. Тем не менее, все начатое рано или поздно заканчивается. И, признаться, разговор наш в лучах утреннего робкого солнца подзатянулся. Все присутствующие давно сворачивали челюсти — и ничто не могло этому помешать, даже бурлящий еще не так давно адреналин от нападения. Да только вот чего ждали не очень понятно. Может, формальности?
— Все. — Сказал я, не в силах больше сидеть. Задница уже квадратная, в глазах песок, ноги затекли, спина ноет. — Хватит на сегодня. Вроде бы все обсудили, давайте отдыхать.
Вячеслав даже ничего не сказал. Встал, аккурат после меня, и я подметил, что он сделал это с трудом. Как бы он не выглядел, помолодевшим, окрепшим, возраст все-таки давал о себе знать, и такие долгие ночи присовокупленные с длительным переходом ранее, плюс стресс, не проходят бесследно. Но он держался молодцом, старый волк, за что я не мог его не уважать.