Сотни голосов, тихий перестук мисок, ложки и сёрбанье. Завтрак! Вместе с десятком новоиспеченных помощниц и даже нескольких парней Каролина Терентьевна дирижировала собственным театром. Главной задачей было накормить всех страждущих, с чем она справлялась. Боюсь представить, что бы мы делали, не будь у нас столь ценного кадра. Надо будет поинтересоваться при случае, как она справляется, но что-то мне подсказывает, что не стоит лезть туда, что и так работает. Возникнут проблемы, меня оповестят.

Суета у огромных медных котлов казалась хаотичной, но присмотревшись, быстро становится понятно, что каждый шаг выверен, и бесполезного мельтешения нет. В воздух на дворе поднимался плотный, влажный пар от котлов. Вся наша укрупнившаяся община сегодня завтракала исключительно густым и наваристым супом.

В этом решении мне виделась не кулинарная прихоть — таковы факты. Сухая, жесткая экономия, которую накануне вечером утвердила Катя как официальный план на ближайшее время. Деньки, когда мы могли пообедать пиццей или блинчиками подошли к концу, на тысячу человек столько не наготовишь, а вот суп позволял растянуть дефицитные запасы и, что немаловажно, сократить время готовки.

Пока я глазел, собирая мысли в кучку, из-под правой руки, как она это умеет лучше всего, материализовалась Катя, напугав меня.

— Утречка! — Возбужденно выкрикнула она мне прямо в лицо, не переключившись с рабочего ритма.

— Доброго. — Буркнул я, не до конца проснувшись. — Без новостей?

— Ничего значимого. — Уловила она мой спокойный тон и тоже приземлилась, подстроившись. — В целом, можно сказать, что расселились.

— В целом? — Уточнил я.

— У тебя время-то есть? — Вопросом на вопрос ответила Катя.

— Ага.

Глаза Кати округлились, но не от удивления, а потому, что ее взгляд сейчас сфокусировался на строках интерфейса. Сверившись с какой-то только ей видимой информацией, она заговорила.

— Так-с так-с… около двух сотен человек обрели постоянное жилье. Полностью укомплектовали комнаты на втором этаже и барак на первом. Прямо сейчас загрузка форта стопроцентная. Еще сотня живет во времянках, то есть там же, в форте, и частично подселили в дома, куда это было возможно. Многие спали вповалку, но хоть под крышей. Основная сложность была определить места под еще полторы сотни.

— Почему полторы? Две же. — Задал я уточняющий вопрос.

— Отдельная песня. Короче говоря, с текущим темпом строительства подвисшие в непонятном состоянии люди обретут жилье только через полторы-две недели. — Наконец, взгляд девушки вновь обрел ясность.

— Нужно как-то ускорить эти процессы. Что Микаэль и Семен говорят об этом? — Спросил я.