придумали, не находишь? Ну, в себя пришел? Лучше стало? И хорошо. Злишь ты меня. Прямо не смотрел бы, да приказ, как-то не могу ослушаться. Ты научил. Еще про людей поговорим? Или продолжим? Вижу, поговорим… А как, Эарэль, нравится тебе меня слушать? Давай я тебе еще расскажу – хоть про людей, хоть про теории твои бредовые. Хочешь? Мне есть, что сказать, я с людьми уже приличное время нахожусь. И что скажу – никакого уважения они у меня не вызывают. Брезгливость – да. Как тараканы – расплодятся и жрут, и опять плодятся, и никакой от них пользы, только паразитируют. И всё – представляешь? Даже удивительно порой – как так? А посмотришь – вот и так. Ты все про дорогу к солнцу рассказывал… Какое там солнце – тараканам нужно пожрать и расплодиться, чтобы места не было вокруг. А солнце им не нужно, боятся они его. Понимаешь? И сам видишь, куда тебя эта дорога завела – не людей, они умные, они за тобой не пошли… Убери девчонку, – процедил Яр. – С ней позже поговорим. Наверх отправь и запри квартиру. только тщательно запри. И чтобы ни звука, поняла? Он уже не обращал на меня внимания – стоял около своего пленника, осматривая его. Видимо, что-то решив, он снял с пояса флягу, неторопливо встряхнул ее… Он вообще делал все неторопливо. – Ну, давай, – Яр резко, наотмашь ударил эльфа по щеке и заставил его сделать несколько глотков из фляги. – Это еще не конец… Я еще не все сказал тебе из того, что хотел. Ну что, капитан, готов слушать дальше? Я не шутил, кстати. Она сама скажет мне все, что нужно, а еще лучше – отдаст – и я сохраню тебе жизнь. Возможно. На какое-то время. Отпусти ее, капитан. Иначе твой итог – сдохнуть прямо здесь, не дождавшись нового дня – солнца, к которому так хотел показать людям дорогу. Неужели оно того стоило?

4

4

Дороги назад я не помню. Душная кухня, наглухо закрытое окно. Меня тошнило, и все перед глазами кружилось, и еще почему-то было холодно. Мой сопровождающий заботливо довел меня до кровати и даже принес плед, и спросил о самочувствии. Я не ответила – все было в тумане, и его голос продирался сквозь эту дымку с трудом. Кажется, я задремала – не помню, как осталась одна. Открыла глаза – тихо и пусто везде. Из приоткрытой форточки сочилась прохлада – солнце садилось, мир замерзал. А я осталась одна. Больше не было того, кто мог бы показать мне дорогу к солнцу. Я знала это, и камень молчал – не жег руку нестерпимым теплом, потух и не отзывался больше на прикосновения.Куртка, карточка, на которую утром пришло мое пособие и накануне – алименты от отца, нож – вдруг пригодится, – и спички. Голова закружилась, и я присела у окна, за стол брата, на котором тосковал его древний монитор – маленький экран, занимающий кучу места и постоянно собирающий пыль под своим выпирающим торцом. Тишина. Дверь оставлять открытой не хотелось – почему-то мне жаль было этой тишины и покоя, которые мог разрушить любой вошедший. Ах, да. Ключи. Кто же мне оставит ключи, если самый главный приказал запереть, чтобы поговорить со мной потом, позже.С окон были сняты ручки – приказ выполняли на совесть. Только не учли, что форточка у нас, мягко говоря, была нестандартной – не закрывалась. Подпереть ее можно было, что мы иногда и делали, давно, когда мама еще была. Егор каждый раз из-за закрытой форточки сильно ругался, он предпочитал “дышать” даже при урагане и метелях, даже ценой попадания в зад его драгоценного монитора капелек влаги, но маме не перечил все-таки, терпел и даже не выкидывал эту железную штуку, которая только и могла форточку запереть. А еще – запереть окна без ручек. Или открыть их – если нужно. Эта железка давно уже валялась под столом, никому не нужная и почти всеми забытая – раз форточку некому стало закрывать. Я нашарила ее ногой и подтащила к себе – наклоняться не было сил, боялась, что вырвет.Дальше можно не рассказывать. Я выпрыгнула из окна – не первый раз. Заботиться о том, чтобы скрыть путь моего «выхода в свет»… нет, не стала. Ни к чему это. Я не могла остаться, я же знала, что будет потом. Хотя… это действительно было уже не важным.В мире было прохладно и сумеречно. Приближался, накатывал, набрасывался на город вечер, готовый сожрать все улицы без остатка.Я не могла остаться – мне нужно было найти дорогу к солнцу.