— Что случилось? — повторил я. — Санаторий пока не работает, праздники. Гости отдыхают после новогодней ночи. Что вам здесь нужно? Почему шумим, нарушаем санаторный режим?

— А правда, что у вас держат в плену людей и ставят над ними бесчеловечные опыты? — крикнула тощая девица с такими намалеванными глазами и такими длинными ресницами, что Вий зарыдал бы от зависти.

Из задних рядов подхватили:

— Ерофей, Колян и Федька у вас!

А Бабченко и изобразил ходячего мертвеца: — У-э-э…

Я неопределенно пожал плечами и растерянно переглянулся с охранником.

— Впервые слышу.

— А нам доподлинно известно, что у вас зомби. Ходячие мертвецы! — крикнул высокий парень.

— Нет у меня никаких мертвецов. Что за бред вы несете⁈

— У нас источники надежные!

— Мы хотим посмотреть! Мы из СМИ! Требуем доступа прессе! А не пустите — это нарушение федерального закона о СМИ! — нагло заявила девица.

Эту братию — журналистов — я знал хорошо. Стоит начать с ними торговаться или просто заговорить, и они так все перекрутят и переврут, что мать родная не узнает. Сперва объявят, что белое, хотя на деле оно зеленое; потом обвинят, будто это ты назвал его белым; а после расскажут, как ты уверял, что оно черное. Ужас, в общем. Поэтому по доброй воле с журналюгами я не связывался никогда. Но сейчас их сюда явно навели нарочно — в этом я даже не сомневался.

А потому пристально посмотрел на Пашку и сказал:

— Значит, так. Заявление мое простое: прессе пройти и посмотреть я не мешаю. Но только при одном условии — у вас должно быть официальное письмо от редакции, что работа санкционирована вашим руководством. Тогда добро пожаловать. Есть бумаги?

Все промолчали. Первого января никаких бумаг у них, ясное дело, и в помине не было.

— Нет? Если это ваша личная инициатива — приходите в рабочее время.

— Но вы же за это время концы в воду спрятать успеете! — снова крикнула наглая девица.

— Так… — Я сделал вид, что задумался, и резко спросил: — Вы из какого издания?

— Интернет-издание «Мамуля-хайпуля».

— Впервые слышу, — развел я руками. — Впрочем, логично: я не его целевая аудитория. Но тогда я тем более не понимаю, зачем вы здесь. Что полезного получат мамули-хайпули от вашего репортажа?

Девица скривилась, явно посчитав меня необразованным лохом, но комментировать не стала.

— Тогда сделаем так. — Я обвел толпу взглядом. — Пройдет всем известный стример Павел Бабченко. И вы, — указал я на смутно знакомого молодого человека, — вы ведь из моркинской райгазеты, верно?

— Верно, — отозвался он. — Совместителем при нашей передовице работаю.