— Такую красавицу утки выносить? — удивился вслух кто-то.
Маша обожгла его взглядом и негромко сказала начальнику госпиталя:
— Я постараюсь быть полезной.
Тот поморщился.
За время службы майор медицинской службы навидался всякого — в том числе девчонок из небогатых провинциальных городков, желающих «поймать» в госпитале мужа, или женщин постарше, зарабатывающих деньги на семью.
Однако бумаги начальник принял и кивнул Маше на «женскую» палатку:
— Устраивайтесь, сержант Крупина, мы пока займемся разгрузкой.
Мария ушла в палатку, а Илья вдруг понял, что так и стоял, почти не дыша, полускрытый кустами. Она здесь! Почему? Как? Неужели Рыжий не получил его записку? Или получил и… спрятал Машу?
Впрочем, размышлять времени не было — «буханку» разгрузили, запихнули в нее раненых, которые могли сидеть, и отправили назад. За лежачими ночью придет вертолет, и это будет отдельная сложная история разгрузки-погрузки, так что, убедившись в том, что корявое транспортное средство благополучно отъехало, персонал госпиталя, кроме дежурных, разбрелся на отдых.
Парочка особенно наглых мужиков попыталась сунуться в «женскую» палатку, получила отлуп от суровой старшей медсестры, и, угомонившись, они устроились неподалеку, чтобы поточить зубы об новенькую. Всем было интересно — кто такая, почему приехала «на нуль», и вообще — свежий человек вызывал интерес.
Илья, скрипнув зубами, забрался в самый раскидистый куст, под отводом глаз свернул одежду, словно лежит спящий, и, выпорхнув несколькими мелкими летучими мышами, спрятался под тентом палатки, чтобы послушать, о чем болтают женщины.
Ох, знал бы он, как потом пожалеет!
Глава 25
Опытные медсестры просвещали новенькую о негласных правилах жизни в суровом мужском окружении, а еще делились мнением о тех, с кем проводили дни и ночи под обстрелом.
— Главному глазки не строй, выцарапаю, — сухо пообещала старшая медсестра.
Мария только плечами пожала.
— Фельдшеров, если сами не подойдут, тоже не трогай, — попросила женщина средних лет, занимающая должность санитарки, — они тут так по оврагам прыгают с рюкзаками своими, что смотреть к ночи жалко!
Маша молча принялась перестилать узкую армейскую койку привезенным с собой бельем. Ее вообще не интересовали интимные отношения с военными. Она действительно приехала, чтобы собрать материалы для диссертации, но ей упорно никто не хотел верить. Еще там, работая в столовой, девушка устала объяснять и оправдываться, так что тут решила просто молчать.
— Свободных у нас тут мало, — продолжила молодая, но очень некрасивая девушка с тяжелым носом на бледном худом лице почти без подбородка. — Все или женам верность хранят, или со мной спят. Разве что Док так ни на кого не смотрит, но он вообще странный.