— Пошли, на подхвате будем. Сейчас только успевай все менять!
Не сопротивляясь, девушка нырнула за ней в палатку-госпиталь, успев подумать, что, даже разглядывая окровавленных людей, Илья Богданов невозмутим, словно смотрит на безмятежную озерную гладь… Или на лес, за которым вдруг перестали ухать снаряды.
Глава 26
Обработка раненых заняла двое суток.
Дни были солнечные, яркие, так что из-под сетки не высовывались, раненых везли по ночам, старательно прячась в «зеленке». Многие на территории госпиталя успели нахватать мелких осколочных ранений, в том числе Док.
Ругался он тихо — больше шипел, вынимая пинцетом осколки из рук, но вот спина… Там самостоятельно справиться не получалось. Психанув, Илья заглянул в палатку:
— Девочки, кто свободен с пинцетом?
Навстречу вышла Маша. Вампир сглотнул — боль от царапин померкла.
Девушка быстро вынула осколки, залила порезы хлоргексидином и ткнула ему в руку батончик гематогена:
— Восстановиться надо, на спине пара приличных потеков!
— Спасибо! — ответил Илья, выходя под сетку и снова своим тонким слухом ловя близкое стрекотание дрона. — Задрали! — буркнул он в пустоту. Раненых не получалось отправить «на большую землю», потому что дни и ночи стояли пронзительно ясные, и «вертушку» поджидали не только доктора, но и операторы БПЛА противника.
Отойдя немного в сторону, Илья прислушался к себе.
Пару пакетов крови он все же урвал, так что сил затянуть мелкие царапины хватало, но еще эта кровь годилась для одного дела… Отступив к любимому растерзанному осколками вязу, вампир надавил на ранку, дождался, пока выступит кровь, и принялся рисовать на светлой древесине знаки. Нужен дождь. Срочно нужен дождь! Или хотя бы туман. С туманом сложнее — «вертушку» могут и не прислать, а вот дождь — это хорошо. Тихо. И раненых заберут.
Когда посреди ясного дня набежали тучи, весь персонал «нулевого» вздохнул свободнее. Ночью пришли вертолеты, забрали раненых, закинули припасы, и… на несколько дней наступило затишье.
Если вы не знали, хлебнувшие адреналина люди не умеют расслабляться. День, два, потом начинается маета, попытка себя занять и… срывы.
Сначала все радовались тишине — чинили старые поломки, штопали палатки, стирали одежду. Даже котов переловили и выкупали в тазу! Перекипятили и перемотали бинты и постельное. Помылись сами — с кайфом устроили баньку в палатке, не ограничиваясь «походным душем» из ведра и ковшика. А потом от скуки начались любовные страдания. Кто кому чего сказал, кто зачем на кого посмотрел, кто успел «огулять» медсестричку, прижав к дереву. В общем, развлекались кто как умел.