— Я назову дочь Бетти, — шёпот Ансгара коснулся Ёлиного уха.
— Ты назвать? — кокетливо возмутилась Богиня.
— В Шинари отец выбирает имя для дочери, а мать нарекает сына. Хочешь дать имя младенцу, придётся поработать над мальчиком, — воин поставил точку нежным поцелуем. — Бетти — клятва Богам. Я клянусь тебе, моя Богиня, наша девочка будет счастлива.
Да, с таким папой у Бетти других вариантов нет. Похоже, Ли поторопилась со «спасительницей Шинари»: женихов от дочери Ансгар станет отгонять самым суровым отцовским рыком, а в круг предков Бетти ступит исключительно с достойнейшим из достойных. Хотя… любовь часто преподносит сюрпризы.
Ёля никак не могла уснуть. Отняла спящую малышку от груди и уложила рядом с Ансгаром. Они так похожи, и даже сопят одинаково. Счастье ласковой кошкой мурлыкало в груди, а рядом ворчалась тревога — запястья до сих пор гудели, словно мобильник на вибровызове, но дар молчал.
— Давай уже, просыпайся… — Ёля выглядела странно, разговаривая с собственными руками, но другого выхода она не видела. — Дава-а-ай, — настойчиво требовала, шевеля пальцами, — надо Коди помочь, а тебе в прятки играть вздумалось.
Дар Аи услышал её — ладони покрыла мягкая пелена света, а в запястьях появилась приятная слабость. Божественная сила нашла выход и была готова исцелять. Словно боясь, что чудо ускользнёт, Ёлка сжала кулаки. Руки пекло неимоверно — самое время! Осторожно чмокнув Ансгара, она устроила рядом с ним гнёздышко из подушек для Бетти и принялась одеваться.
Через пару минут, сжимая в руке фонарь, она уже шагала по ночной улице к дому Ли. Слабый свет пробивался сквозь морозный узор на оконных стёклах — не спят. Ёля постучала.
— Ты чего среди ночи бродишь? — вдова нахмурилась.
— Я приходить помогать, — Ёля разжала кулак, показав Ли свет на ладошке.
— Слава Богам… — с облегчением выдохнула соседка, пропуская её в дом.
Комнатка была наполнена запахами трав и сыра — вдова, как обычно, готовила настойки и варила сырную массу, на этом привычная глазу картина заканчивалась. Коди сидел за столом, глядя стеклянными глазёнками на огонь в очаге, а на хозяйской кровати мирно сопела Шайла и её племянник.
— Я должна и ей помогать, — Ёля вздохнула, понимая, что сил сегодня на всех может и не хватить. — Она меня спасать, я ответить тем же.
— Не торопилась бы ты, Богинюшка, — вдова скрестила руки на груди, глядя на гостью. — Она уже приходила в себя. Головную боль я уняла, рана — пустяк, царапина, а вот памяти Шайла лишилась.
— Надо возвращать.
— Не думаю, — Ли отрицательно замотала головой. — Поверь, так ей будет куда лучше. Девка-то неплохая, просто глупая.