Вытащил иголки из мужиков и дал им пару минут собраться с мыслями. Когда все уже могли двигаться, продолжил.

— Думаю, многие из вас в курсе последних событий, — обвёл взглядом напряжённые лица. — Ваша начальница беременна и больше не может выполнять свои обязанности.

Среди мужиков прокатился шёпот. Некоторые опустили глаза. Знали, значит? Как мило. Начинаю склоняться к тому, что тирания — не такая уж и плохая форма власти.

— Любой контакт с ней, любая переданная информация… Смерть, — каждое моё слово падало, как камень. — И это не угроза, а обещание.

Повисла тишина. Даже дышать все, кажется, перестали.

— Теперь о приятном, — позволил себе улыбку. — Нам нужен новый глава службы безопасности. И им становится… — выдержал паузу, скользя взглядом по лицам. — Витас Лейпниш! Прошу любить и жаловать.

— А? — Витас дёрнулся, словно его ударили. На лице застыло выражение полнейшего изумления.

— Свободны, — махнул я рукой собравшимся. Люди бросились к выходу. — Стоять! Я имел в виду… Продолжаем работать. До рассвета времени мало.

— Господин? — Витас шагнул ближе, в его голосе звучало недоверие.

— Да, я уверен, — перебил мужика. — И запомни: если только попытаешься меня подставить или что-то сделать… — понизил голос до шёпота. — Я тебя убью. И это будет очень больно.

— Я вас понял, — он заметно напрягся, вены на висках вздулись.

— Нашёл тех, кто приставал к моим алхимикам? — вспомнил ещё одно дело.

— Пока нет, — Витас отвёл взгляд в сторону.

— К завтрашнему дню чтоб были.

Наконец, вышел из домика. Ночной воздух приятно холодил лицо. У машины уже ждал Борис — умытый, переодетый, при полном параде. Я забрался на заднее сиденье. Поёрзал на коже, устроился поудобнее и кивнул сам себе. Вроде с особняком закончили…

— Павел Александрович, — водитель поймал мой взгляд в зеркале заднего вида. — Куда едем?

— К жандармам, — улыбнулся я, вспоминая сегодняшний визит. — Как раз туда, откуда меня забирали.

Машина тронулась, шурша гравием под колёсами. Я откинулся на спинку кресла. Наконец-то можно хоть немного перевести дух. Скосил взгляд на повреждённую руку. Кровь уже запеклась, но боль никуда не делась. Ничего, бывало и хуже.

— Боря, у тебя, случаем, тряпки какой нет? — спросил, морщась от очередного толчка.

— Это… — водитель отпустил руль, начав шарить рядом с собой.

— Держись за баранку! — рявкнул я, когда машину повело в сторону.

— Вот! — через плечо полетела промасленная ветошь. — Подойдёт?

Я кивнул, разглядывая грязную тряпку. Надо было заглянуть к алхимикам или хоть что-то взять в особняке. Кое-как одной рукой соорудил перевязь, пристроил в неё повреждённую кисть.