Рабнир ничего не ответила, лишь поглядела на свой плоский, покрытый пластинами живот. Кушать ей и вправду хотелось, да только она не понимала, зачем ей есть сестёр, когда она уже скоро вернётся к Агтулх и…

— Вот оно что… — проговорила Рабнир.

— Ха, тупая сука, до тебя дошло⁈

— Сама ты тупая, — пробубнела Рабнир, осознав, что не могла использовать силу и трансформацию, лишь находясь рядом с Агтулх Кацепт Каутль. В какой-то степени выпустить когти, немного защитного меха, она была способна. Но так как силу свою она контролировать не могла, то это, вместо неё, делал Агтулх — самец, владеющий навыком Уравнитель и Истребитель Ереси. Он просто лишил её этой демонической силы, сделал равной со всеми. Благодаря этому есть много не требовалось! — Хе-хе-хе, слушай, а что, все до меня умирали с голоду и от безумия? — скалясь, понимая, сколько еды ей нужно в этой форме, спросила Рабнир.

— Именно, и ты кончишь так же!

— Хе-хе-хе, вот они лохушки, хе-хе-хе, — смеялась Рабнир, чем ещё сильно нервировала разгневанную, обессиленную Бессмертную. Посох последнего стража, высшая форма проклятия, сотворенная его создателем, подействовал. Посох жизни обратился в оковы физические и духовные. Тогда, много веков назад, последний страж храма обманул её, заключив контракт, попытался убить, чтобы даже после его смерти Бессмертная не смогла покинуть здешних мест. Сил самца, мужчины, не хватило для победы над демоницей. Она убила его, лично из камня создала гроб, в который сложила тело, кинула посох, и сама устроилась рядом, принялась ждать обещанной благодати от Мёртвого бога. Проклятье, которое нанесено на Бессмертную, это замок, а посох, который стал частью её, был никаким не оружием, он создавался как ключ к запечатыванию её физической и духовной силы. Бессмертная более не чувствовала связи с Мёртвым богом, не ощущала ментального давления, силы, позволявшей ей глядеть на других как на дерьмо. Сама Смерть, та, которую она сеяла повсеместно, отвернулась от неё, как отворачивается толпа от разочаровавшего её ничтожества. Впервые со смерти стража, Бессмертная ощутила холод, вспомнила об одиночестве, а когда осознала, что в этом теле слабее большинства живых, испытала лёгкие нотки страха и обиды. Отрезанная от своего покровителя, окружённая, схваченная, беспомощная, никому не нужная — такой был моральный лик дьяволицы.

Спустя несколько часов странствия по джунглям, приближаясь к деревне, идущая впереди и прокладывающая всем дорогу Рабнир отдаёт Бессмертную Гончьей, и той тут же надевают колодки на шею и руки, тело помещают в специальную бамбуковую клетку, а голову оставляют за её пределами. Так в любой момент одна из конвоирш могла обезглавить демона, а если не успеет, рядом были ещё шестеро следивших за пленницей медоедов. Да и сама Рабнир с Гончьей никуда не делись, шли рядом.