Я не стал оборачиваться на стонущего Рика и обессиленную Лану — просто шагнул к Сухому.
Генерал снова стоял на одном колене. Костяная лопата висела плетью, роняя на камни кровь южанина. Грудь дымилась, спина была исполосована. И всё это гнилое месиво ещё пыталось подняться.
В моей голове больше не было ни планов, ни многоходовок. Только Старик, Раннер, пробитая артерия Стёпы, переломанная Кара, седая прядь на виске моей пантеры и этот кусок инопланетного дерьма передо мной.
Я сделал следующий шаг. Пора заканчивать.
Глава 16
Сухой Генерал стоял на одном колене, опираясь левой рукой о землю. Правая рука висела вдоль корпуса, и с острия капала свежая кровь Рика. Челюсть болталась на одной связке. Грудь дымилась. Спина кровила бороздами. Плечо плавилось от кислоты Урвии. Правая нога подкошена моим лезвием.
Тварь дышала рваными порциями.
Загнанная в угол.
Подранок-медведь со сломанным позвоночником одним рывком утаскивает за собой охотника.
В рыцарство я играть не собирался.
Из моего горла вышел короткий стрекочущий звук — приказ стае.
Карц рванул.
К этой минуте резерв у него выжгло до дна, белого пламени не осталось, а от ауры остались только тлеющие угли. Но клыки у него были.
Шёл он низко, у самой земли. В три прыжка домчался до Бориса и впился зубами в здоровое сухожилие за коленом, завалив всю массу своего тела назад.
Сухожилие лопнуло — правая нога гуля окончательно подкосилась, и он с коротким ревом качнулся в сторону.
Цербер тяжёлой поступью шагнул вперёд. Рик ещё не пришёл в себя, но страж порога понимал, что нужно, даже без команды хозяина.
Чёрная голова впилась клыками в кисть левой руки, опирающейся о землю. Вторая ухватилась за локтевой сгиб, а третья замкнула хват у плеча.
Челюсти одновременно сомкнулись.
Цербер повёл голову вниз всем весом своей бычьей туши.
Сухой взвыл.
Рёв вышел короткий — без того тяжёлого размаха, который был ещё минуту назад. Он дёрнулся вверх, но не сдвинул цербера.
Из-за моей спины вышел Живой.
До этой минуты волк держал восточный фланг у пролома, останавливая отколовшихся гулей.
— АУУУУУУУУУУУУУУУУУ! — он опустил голову и взревел.
Парализующий импульс сработал лишь как толчок. Генерал был слишком силён. Но толчок пришёл вовремя.
Бориса встряхнуло.
Он замер, костяная лопата повисла бесполезной обузой. В эту короткую паузу Живой шагнул вперёд и впился зубами в загривок гуля — со стороны позвоночника, где сходились мышцы шеи и плеч. Волк удерживал тварь от того, чтобы она снова рванулась.
Афина рыжей полосой пролетела над двором и приземлилась Борису на спину.