— Так откуда ты? — спросил Рик.
— Из Сибири, угадал.
— Угадал, значит… Хотя, сложно сказать «угадал». У тебя движения охотника, ножом работаешь как наши таёжники.
— А ты откуда?
— Я-то? Куда проще. Из Москвы.
Я повернулся и посмотрел на него.
Неужели это возможно?
Глава 18
— Там меня звали Валентин Петрович, — спокойно сказал Рик. — Мне сорок было. А работал дрессировщиком. Тигры, львы, медведи, волки, сам знаешь. Жил в однушке.
— А семья была?
— Ничего у меня не было, кроме блока хищников, — южанин сплюнул на землю.
Я кивнул.
— И как ты умер?
— Пожар. Хозблок ночью загорелся, перекинулось на моих деток. Я полез вытаскивать. Всех вытащил, даже Султана — резвый был тигр. А меня кровля придавила, прикинь?
— И как, ты тоже проснулся? Вот просто так?
— Да, просто так и проснулся. Только не на вашем нежном Севере, а в теле двадцатилетнего пацана на каменистом плато. Недалеко от Города Семи Хвостов. Кара тащила вот этого увальня Рика, та ещё рохля был. Мы оба были сироты, прибились к городу, чтобы работать.
Я закинул руки за голову и тяжело выдохнул. Невероятно.
— Когда это было?
— Лет десять точно прошло. Я уже сбился со счёту.
— Я тут может года три. Но тоже уже не считаю.
Рик повернул голову и посмотрел на меня.
— Сколько тебе было лет?
— Пятьдесят два.
Он коротко присвистнул.
— Серьёзно?
— Угу. Я егерем был.
— А по этому миру тебе сейчас сколько? Двадцать один?
— Двадцать два. Вроде бы…
Рик коротко хохотнул.
— То есть в той жизни ты старше меня на двенадцать лет. А в этой — зелёный лопух.
— Не такой уж и лопух. Тебе напомнить тех зверей за стеной? — я улыбнулся.
— Пятьдесят два! — южанин искренне улыбнулся и хлопнул себя по колену. — Ну ты, дед, даёшь!
— Сам ты дед.
Мы оба засмеялись и мне стало как-то легче — как будто я наконец-то снял с плеч груз, который таскал с собой все эти годы и сам его не замечал. До сегодняшнего дня я был один.
— Расскажи, — попросил я. — Какая у тебя история?
Рик помолчал. Затем кивнул своим мыслям.
— История может быть слишком долгой. Но кое-что скажу. Если сжато — то мы с Карой работали в «Яме», питомник для диких тварей южного Раскола. Подсобники в самом низу иерархии. Ну что, чистил клетки, носил мясо, выгребал дерьмо за гривошипами и мантикорами. Свой опыт сначала никому не показывал. Но сразу смотрел и учился. Там укротители работают слишком грубо — строят связь со зверем на крови. Я знал, что наш метод будет сильнее. Только надо было это доказать.
— Доказал?
— Ещё как. Взял безнадёжного гривошипа. Кое-кто это увидел, и я перестал быть подсобником. В общем, не столь важно — сейчас у меня в подчинении верные люди, которых я выучил по своему методу.