— И девчонок на яхту водить, — беззлобно усмехнулся Муслим. — Что поделать, Костя, служба у нас такая.
— Ладно, — шумно выдохнул я. — Что-то ещё?
— Ах да. — Муслим полез в карман и достал мой рабочий смартфон. — Захватил из твоей квартиры. Будем на связи.
— Спасибо.
— Постарайся выбраться из больницы пораньше.
— Постараюсь…
Глава 28
Без симуляции голова меня совсем не беспокоила. Дмитрий Иванович так до конца и не понял, что происходило с моим организмом — знай он о даре, наверняка сложил бы всё воедино. Зато во всём разобрался я, и это было главное.
Оказывается, ко мне сразу же приставили охрану, на которую я не обратил внимания во время первого выхода из палаты. К счастью, они не просто дежурили рядом, но и передали кое-какие вещи.
Только на третий день удалось выбраться из больницы. После возвращения на работу меня в первую очередь отправили к Павлу Михайловичу. Когда мы остались наедине, я подробно рассказал свою версию случившегося в «Колыбели». Выслушав меня, он долго о чём-то думал, а затем спросил:
— Выбросило из симуляции, значит?
— Выбросило, — произнёс я.
— Из-за головной боли?
— Ну… Это не просто головная боль. Там…
— Думаешь, я не видел отчёт из больницы⁈ — совершенно внезапно крикнул Павел Михайлович. — Переутомление⁈ В такой важный момент⁈
— Товарищ полковник, но я же всё вам…
— У нас двадцать два трупа! — перебил он. — Двадцать два! Какого чёрта ты вообще экспериментируешь за три часа до приезда в тюрьму?
— Что в этом такого?
— Отвечай на вопрос, сопляк!
Я раздражённо нахмурился и произнёс:
— Это мой дар. Как считаю нужным, так и использую.
— Да ты… — Он встал со своего места, подошёл ко мне и схватил за грудки. — Да что ты о себе возомнил, щенок?
Пытаясь сохранить самообладание, я встретил его взгляд и сказал:
— Товарищ полковник, не стоит делать из меня козла отпущения. Не будь этой симуляции, мы бы с вами не разговаривали. Я всего лишь спас себе жизнь.
Павел Михайлович шумно выдохнул и, отпустив меня, сказал:
— С территории управления никуда не выходить, никаких звонков не совершать, интернетом не пользоваться. Телефон оставишь здесь же.
— Вы…
— Кажется, я ясно выразился. Это приказ!
Я понял, что спорить нет никакого смысла, и только лишь вяло произнёс:
— Так точно.
Ребята в кабинете встретили меня всеобщим молчанием. Я оглядел всех и спросил:
— Где Муслим?
— В тюрьме работает, — ответила Регина.
— Весь в мыле последние дни, — сказал Иван. — Ты сам как?
— В норме.
— Муслим говорил, что у тебя с головой… проблемы.
— «Проблемы», — усмехнулся я и прошёл к своему столу. — Звучит двусмысленно.