— Весёлое было время, — хмыкнул Максим. — Мой начальник, аудитор, всегда меня с собой на разговоры брал.
— Он знал о твоём даре?
— Я ему соврал, что в психологии понимаю.
— Языки жестов?
— Типа того.
— Как ты вообще попал в управление?
— Брат надоумил.
— У тебя есть брат?
— В погранвойсках служит, — усмехнулся Максим, посмотрев в окно. — Офицер, гордость семьи… А я даже в армии не был и университет бросил.
Кажется, для него это была больная тема. Я решил подбодрить:
— Да кому университет нужен? Знания сейчас и в интернете можно получить. Среди программистов вообще каждый третий без образования, и ничего — работают.
— Наверное, — произнёс Максим. — Знаешь, родители до сих пор думают, что это брат меня по своим связям сюда засунул. Он про мой дар в курсе был и всего лишь посоветовал письмо в ФСБ направить. Ну я и направил.
— И тебя взяли в УСАД.
— Проверили и взяли, — медленно кивнул Максим, а затем оторвался от окна и взглянул на меня: — Дурак, да?
— Да почему дурак, Макс? — улыбнулся я. — Если ты хотел служить на благо родины, то что здесь плохого?
Максим поддержал мою улыбку, и я спросил:
— Родители, значит, в курсе?
— Ну, про дар знают, конечно… Правда, не особо всё это одобряют.
— Почему?
— Верующие, — лишь сказал он и, отвернувшись, умолк.
Глава 26
«Колыбель» находилась в черте города. Со стороны тюрьма выглядела, как обычно: крепкие металлические ворота, высоченные стены с колючей проволокой и наблюдательные вышки. Забавно, что на протяжении нескольких лет здесь содержался один единственный эксфэр — да и тот, как я знал, не имел отношения к синдикату.
Нас проверили на посту, и мы зашли внутрь. Через несколько минут нас встретил Юрий — капитан, которого перевели в наше управление из ЦСН. Он кивнул двум агентам, сопровождавших нас, а затем поочерёдно посмотрел на меня и Максима:
— Ну что, готовы к работе?
— Готовы, товарищ капитан.
— Познакомьтесь. — Он указал рукой на мужчину, которого я видел впервые. — Старший инспектор отдела охраны.
— Матвей, — поздоровался мужчина, протянув ладонь.
— Константин.
— Максим.
— Идите за мной.
Мы очень медленно передвигались по тюрьме, то открывая двери, то закрывая их, прежде чем пройти дальше. В конце концов мы дошли до широченного помещения с высоким-высоким потолком. Я посмотрел по сторонам у видел металлические двери.
— Тюремные камеры на два этажа, — сказал Матвей.
— Сколько здесь мест? — спросил я.
— Восемьдесят. Дальше ещё два точно таких же помещения.
— Значит, всего двести сорок камер, — пробубнил Максим.
— Если припрёт, расширимся, — произнёс Матвей и, посмотрев на Юрия, сказал: — Нам бы Володю сначала дождаться.