— Точно?
— Точно, но про общение с ними придётся забыть, потому что они будут под присмотром.
Я обдумал сказанное и понял, что такой исход меня бы вполне устроил.
— Спасибо.
— Если тебе нужна моя помощь или совет, не стесняйся.
— Не стоит, Лидия Анатольевна, думаю, разберусь.
— Что ж, пожелаю тебе удачи.
— Спасибо ещё раз.
Я завершил звонок и вернул смартфон.
— Ты что, свалить собрался? — спросил Иван.
Вместо ответа я поднял штанину и показал браслет.
— Да это же…
— Электронный браслет.
— Какого хрена? Они серьёзно?
— Серьёзнее некуда, — кивнул я.
— Ты прямо сейчас хочешь его сбросить?
— Позже, конечно, иначе сигнал сработает.
— Если тебя поймают, сто процентов посадят в тюрьму.
— Не поймают.
— Костян, слушай… — Максим нервно сложил руки на груди и отвернулся. — Твой побег всех нас… подставит.
— Верно, — кивнула Регина. — За нами усилят контроль.
— Я не вижу другого выхода.
— Выход всегда есть.
— Какие у тебя предложения?
— Может, перетерпишь?
— Вот это вот? — Я хлопнул себя по ноге. — Я устал, ребят. Вы даже не представляете, насколько.
— Всем нелегко, Костя.
— Вы же сами видите, что у нас происходит! Неужели вы собираетесь торчать тут до конца своих дней?
— Разве у нас есть такие же возможности, как у тебя?
— О чём ты, Регина?
— Ты сам говорил, что уволиться никому не дадут, значит, остаётся только сбежать. А потом что? В цирке выступать? Метаться из места в место? Ты сам понимаешь, как выглядит твоя авантюра. К тому же у нас семьи.
— Она права, — кивнул Иван. — У меня невеста, у Максима — девушка, а с Муслимом можешь вообще это не обсуждать, потому что у него жена и двое маленьких детей.
— Ладно, понял, — вдохнул я. — Этого разговора между нами всё равно не будет.
— Тем и лучше, — сказала Регина и добавила: — Но я бы на твоём месте всё равно никуда не дёргалась.
— Нет, с меня хватит.
— Если хочешь, могу помочь с браслетом, — раздался голос Дениса из динамиков.
— Не нужно, — помотал я головой. — Не хочу никого впутывать. Вас ещё допрашивать будут.
Меня посетили смешанные чувства тревоги, лёгкой грусти и невероятного облегчения: было жалко расставаться с ребятами, но продолжать так нельзя.
— И вот так просто бросишь всё? — вдруг спросила Аня.
Я встретился с ней глазами и произнёс:
— Брошу, потому чтоне хочу всем этим заниматься.
— Ты мог бы отдохнуть, пока на тебе браслет — всё равно никто не будет тебя трогать. Подожди хотя бы недельку.
— Не уговаривай меня, Ань, — тоскливо сказал я. — Мне итак тяжело далось это решение. Я не хочупривыкать .
— Значит, всё решил.
Неожиданно для самого себя я спросил: