— Эксфэр рядом с ним мог быть в симуляции, — сказал Артём. — Такое же возможно.
— Думаю, Флора бы предупредила.
— Ну и в чём тогда дело?
— Не знаю… Я просто не понимаю.
— Ты летал когда-нибудь во сне? — спросила Соня.
— Конечно.
— Попробуй так же.
— Легко сказать.
— Во сне ты ни о чём не задумываешься — просто берёшь и летишь.
— Я и так ни о чём не задумываюсь.
— Можно представить, что вокруг вода, — вдруг заговорила Оля.
Все посмотрели в её сторону, и она смущённо опустила глаза в пол.
— Продолжай, — поддержал её я.
— Ну… Как будто в воде плаваешь. Так ещё космонавтов готовят к невесомости. Мы… мы с мамой передачу смотрели…
— Хорошая идея, — сказал я и встретил её робкую улыбку.
— Пробуй уже хоть что-нибудь, — произнесла Вика.
Я вздохнул и выдохнул несколько раз, прикрыл глаза и постарался вспомнить ощущение, когда тело находится в воде. Сосредоточившись на своём желании, я легонько оттолкнулся от пола и через секунду понял, что так и не приземлился обратно.
— Летит! — восторженно воскликнула Оля.
Я посмотрел вниз и увидел, как воспарил над ковром на метр.
— Как ощущения?
— Интересные… — ответил я. — И правда, как во сне.
Я попробовал взлететь выше, но вместо этого полетел вперёд.
— Чёрт… Как управлять?
— Осторожнее!
Я пролетел над диваном, с которого поспешно слезли Даша с Богданом и почему-то перевернулся в воздухе.
— Тормози, Костя.
— Не могу! — крикнул я, чувствуя, что ускоряюсь.
— Аккуратнее! Стена!
— Костя!
Не сумев остановиться, я плашмя вмазался в стенку и, словно в каком-то мультфильме, сполз вниз. Едва я вернулся в нормальное положение, как в гостиной раздался общий хохот. Я придал лицу уязвлённый вид и, с трудом сдерживая улыбку, произнёс:
— Не смешно!
Вечером всех ждало ожидаемое выступление президента. Вся его речь сводилась к тому, что везде нужен контроль. Теперь каждый эксфэр должен был самостоятельно встать на учёт — достаточно было обратиться в отдел полиции. Тот, кто не сделает этого в течение тридцати календарных дней, мог получить аж до десяти лет тюрьмы и штраф до пяти миллионов рублей.
Однако больше всего меня удивило другое: отныне эксфэрам запрещалось занимать государственные должности. В этом прослеживалась логика, но я не понимал, как теперь будет работать моя бывшая группа в УСАД — это ведь самая настоящая государственная служба.
Флора снова появилась тогда, когда я лёг в кровать. На улице стояла безлунная ночь, а в доме, кажется, уже все спали.
— Вы всегда будете приходить так поздно?
— В последнее время тяжело путешествовать днём, — ответила она. — Маркус начал часто посещать меня.