— А у меня какие могут быть обстоятельства? — задумчиво спросил я. — Компьютерные игры?
— Да кто его знает. Даже для нас эксфэры — тёмный лес.
— Народ, может, сходим на обед? — предложил Максим. — С утра ничего не ел. Кто со мной?
— Можно, — согласился Ярослав. — Костя, пойдёшь?
— Я только из столовой.
— Ладно, тогда глянь инструкцию по заполнению отчёта.
— Хорошо.
В кабинете стало пусто. Я закрыл окна, включил кондиционер и с удобством уселся в кресле. Через несколько минут вернулась Аня. Она ничего мне не сказала и приступила к работе. Мне хотелось поблагодарить её за поддержку, однако я не знал, с чего начать. Время от времени я поглядывал на неё, не решаясь начать разговор. В какой-то миг она не выдержала:
— Может, хватит пялиться?
— Извини, я… я просто хотел сказать спасибо.
— Алина — напыщенная дура, — вдруг сказала она.
Я несдержанно хмыкнул. Всеобъемлющее описание.
— Думает, что умнее всех, — продолжила она. — Не понимаю, зачем её вообще сделали командиром.
— Вы не ладите?
— Я была с ней в одной группе.
— Правда?
— Не больше часа. Она решила провести своё тупое испытание, чтобы «посмотреть на меня в стрессовой ситуации».
— И вы поссорились? — догадался я.
— Да. Меня сразу отправили к Роберту.
— Понятно.
Оказывается, и с Аней можно найти общий язык. Помолчав немного, я спросил:
— А как ты открыла свой дар?
Она странно посмотрела на меня и ответила:
— Не хочу говорить об этом.
Я понимающе кивнул и умолк: похоже, что-то личное. Что ж, тогда просто приступлю к заполнению отчёта.
Это было самое насыщенное время в моей жизни. По утрам я тренировался с Артёмом Васильевичем, а потом — возился с инструкциями. Во второй половине дня Роберт, Аня и я неизменно учились работать в группе. К вечеру у меня едва ли оставались силы, но я не жаловался. К счастью, Артём Васильевич водил меня в тренажёрный зал лишь через день.
Так прошла целая неделя и началась новая. За этот период я вдруг отчётливо понял, как мне не хватало общения. Наверное, я мог назвать Роберта не просто командиром, но и другом, несмотря на разницу в возрасте. А вот Аня по-прежнему оставалась для меня закрытой, хоть и не избегала пустых повседневных разговоров. Мне было интересно узнать о ней больше. С вопросами, правда, я больше не лез: сам знал, как это порой раздражает. Когда я невзначай спросил Роберта о её прошлом, он лишь ответил: «Захочет — сама всё расскажет».
В четверг пришла хорошая новость: все мои новые документы были готовы. На столе разместились свидетельство о рождении, школьный аттестат, диплом, российский и заграничные паспорта, ИНН, СНИЛС, военный билет, водительские права и даже страховой полис. По новым данным мне было аж двадцать два года. Я открыл удостоверение ФСБ и улыбнулся: на фотографии к моей голове приделали форму с погонами.