Показалось вдруг, что роднее её сейчас нет никого в душе моей.

Какое–то время мы просто стоим в объятиях друг друга. Но вот раздаётся от официанта:

— Простите, господин, но здесь так не принято.

Опомнились. Отпряли друг от друга, одарив сдержанными улыбками и неловкими взглядами.

Присели обратно. Минуты в молчаливой задумчивости потянулись. А затем принцесса поднялась резко. И в первое мгновение меня накрыла тоска, от мысли, что наше нелепое и чувственное свидание подошло к концу. Но раздалось нерасторопно:

— Я в дамскую комнату, дождись.

Киваю. А как иначе? Совсем недавно банду разогнал, посягнувшую на её честь, теперь точно не оставлю в этом вражеском городе.

Прождал четверть часа, добив бутылку вина самостоятельно. И под конец даже разволновался. Но вот она предстала. Снова накрашенная и расчёсанная, сияющая, как ни в чём не бывало.

И очень взволнованная.

Присела резко, я даже не успел поухаживать. И объявила приказным тоном:

— Ещё вина, сударь!

Официант подскочил к нам быстро с новой бутылкой. И начался новый этап нашего вечера. Будто бы с облегчением начал набирать обороты уже непринуждённый разговор.

— Где ты научился так драться? — Спросила принцесса практически сразу. — Явно в училище нашем такому не учат.

— Суровая жизнь научила, — не стал вдаваться в подробности. — Как оказалось, это отличный способ не только за честь дамы постоять, но и рублей заработать.

— Серьёзно?

— Недолго длилось такое счастье, но я успел в кулачных боях денег подзаработать.

— И много?

— О, целое состояние. Рублей пятьсот. Драки с оппонентами, которые за три рубля горло перегрызть готовы, оставляют неизгладимые впечатления.

— Ты серьёзно? — Ахнула принцесса и рассмеялась. Улыбнулся в ответ.

— А я, между прочим, тоже драться умею, — заявляет вдруг.

— В рамках гвардейской подготовки, я и не сомневаюсь.

— Да не, — протягивает она с хищным оскалом. — То другое. В том удовольствия нет. А вот оттаскать за волосы семилетнюю Софию и разбить нос старшему брату — впечатления, как ты выразился, неизгладимые.

— А заслужили? — Интересуюсь сдержанно.

— Ещё как! Особенно эта мелкая пакостница…

И начала принцесса без утайки рассказывать о своей личной жизни и отношениях с роднёй. Не думал, что будет так интересно. В ответ я поведал о нелёгкой жизни в детском доме, затем об училище немного и о том, как стал гусаром.

Небесная слушала, раскрыв рот с глазами горящими, которые то в мои глаза смотрели, то в рот.

Так мы до начала четвёртого утра просидели, прикончив три бутылки на двоих. А затем уже из пустующего заведения вышли на свежий воздух и двинулись гулять. Стремясь продлить этот день ещё хотя бы на чуть–чуть.