— Крапивы побольше положим, голова не протухнет, — размышлял Маэл.

Катрин неопределенно пожала плечами. Вонь мертвечины ее не слишком беспокоила. Могла бы сейчас и заснуть с этим самым мешком вместо подушки.

Блоод… В полудреме воображение рисовало жуткие ситуации: то ли суккуб оттрахает и летально обескровит изнеможенный шпионский отряд, то ли отдохнувшие воины осмелеют и полезут по собственной воле лишаться ценных эритроцитов, лейкоцитов и прочей плазмы.

— Трофей трофеем, но нам сейчас нужнее навес и охапка соломы. Вот доберемся до хуторка…

Лорд Маэл охотно согласился и завел длинный рассказ о какой-то безумной продолжительной охоте. Что это они все про кабанов рассказывают? Про медведя кто-нибудь бы поведал или про тигра. А лучше про вег-дича. Интересно было бы сравнить ощущения…

Катрин машинально отвечала, но мерное движение начало убаюкивать, и глаза вновь слипались. Сзади двигались такие же сонные воины. Кажется, стоит лошадям остановиться, и все ватными куклами повалятся на дорогу. Послеполуденное солнце светило как медицинская лампа, над дорогой поднималось дрожащее марево. И голос Маэла казался треском цикад. Катрин вытащила трофейную флягу. Обтянутая хорошо выделанной кожей, плоская серебряная емкость, должно быть, стоила дорого, но свойствами термоса не обладала — вода противно теплая. Да, преждевременно Наместник головы лишился. Или это голова лишилась Наместника? Налаживал бы легкую и бумажную промышленность, производство посуды, цены бы пророку не было. А религия, скрещенная с артиллерией, к положительному результату определенно не приведет. Вот, воняйте теперь, талантливые мозги в первобытном мешке.

Крошечные купы степных кустов по обочинам заканчивались. Впереди блекло зеленела опушка настоящего леса. Завтра можно будет выйти к хутору. И полюбоваться на тех, кто там изловчился выжить…

— На первой же поляне — отдых, — категорично пробурчал лорд Маэл. — Вы нас загоните, леди. Представьте, мы все валяемся вдоль дороги, пухнем и благоухаем, подобно башке вашего друга из мешка.

— Угу, на всех понадобится уйма крапивы.

Въехав под редкую тень, Катрин блаженной прохлады почувствовать не успела, потому что конь замер как вкопанный. Шпионка в очередной раз сунулась лицом в жесткую гриву. Рядом плясал и пятился скакун сотника. Лорд Маэл помянул недобрым словом крапиву и выхватил меч. Сзади ругались солдаты. Все лошади решительно вознамерились вернуться под чистое небо…

Пока лорд Маэл настороженно всматривался в чащу, а спешившиеся солдаты спешно взводили арбалеты, Катрин начала глупо улыбаться. Разглядеть в листве что-либо было трудно, но девушка ощущала не зрением.