…Башня возникла тоже слева. Катрин едва успела сообразить, что это такое, как наверху замелькали факелы, послышались неразборчивые крики. Свиста стрел девушка не слышала, просто на темной воде стали возникать странные косые всплески…
Даллап, ругаясь, гнал товарищей вперед, и Катрин машинально посылала своего гнедого. В сапогах вода согрелась, было не так уж холодно. Течение подталкивало, вокруг конских ног крутились водовороты…
Потом копыта захлюпали по мелководью. Шпионка поняла, что уже различает заросший кустами берег. Небо на востоке начало светлеть. Наступало утро…
[1] Профессиональный термин специалистки по адаптации.
Глава 13
Двенадцать дней пути. После полудня поднялся ветер, наверху начали шуметь, разговаривать кроны деревьев. А здесь внизу, у тропы, лес почти не изменился. Все так же зеленел малинник, нити паутины золотились на солнце. От вчерашнего дождя и следа не осталось.
Копыто гнедого раздавило пестрый мухомор. Следов на тропе имелось в избытке, но человеческих или похожих на человеческие почти не встречались. Хотя места были обжитые. Звериная тропа пересекала дороги и тропинки, попадались свежие вырубки. По уже укоренившейся привычке шпионка избегала ферм и хуторов. Собачий лай, петушиные крики и запах дыма заранее предупреждали о людском присутствии. Охотились местные обитатели редко и глубоко в лес предпочитали не заходить. Катрин наткнулась лишь на несколько пустых силков на кроликов. Зато видимые с опушки поля производили впечатление. В аграрном вопросе Катрин оставалась полным профаном, но, судя по всему, с урожаем на этих землях проблем не было. Колосились рожь и ячмень, взбирались на хворостины густо увешанные стручками стебли гороха. Росло еще много чего полезного. В ботанические тонкости Катрин не вдавалась — еды и у самой хватало, к тому же меню путницы разнообразили лесные ягоды и грибы.
Заканчивалась вторая неделя ее одинокого путешествия. Катрин понимала, что будет вспоминать это время как самое спокойное в своей жизни. Лес не трогал путницу, она не трогала лес. Погода стояла по настоящему летняя. Короткие гремучие грозы совсем не портили жизнь.
…Гнедой тихо всхрапнул и потянулся губами к особенно свежей ветке. Катрин не мешала. С конем она дружила. Вполне понимали друг друга и по мере возможности, старались не доставлять партнеру лишних хлопот. Девушка знала, что никогда не станет хорошей наездницей. Да и ладно, на собственных ногах Катрин чувствовала себя гораздо увереннее. Главное, гнедой надежно удерживал на себе хозяйку, за что получал, пусть и не очень умелый, но старательный уход. Оба не торопились. Катрин частенько спускалась из седла, поразмять ноги, благо раненая почти не беспокоила. Конь одобрял такие начинания и смиренно нес мешок с провизией и оружие. Глефа держалась у седла в петле, ловко приспособленной Энгусом. Имелась и свернутая кольчуга. Эти килограммы казались лишним грузом. Починили доспех в городской мастерской, под авторитетным руководством Даллапа. Спасибо им, конечно, большое, но Катрин надеялась, что нужды натягивать плетеную броню не возникнет.