Ингерн посчастливилось найти какую-то пахучую траву. Скоро кожа леди начала гореть, а запах вег-дича притупился. Кое-как забинтовали глубокие царапины на руках…
Потрепанные воители сидели у костра. Разогретая оленина и некоторое количество джина слегка примирили с реальностью. Катрин наконец избавилась от тошноты. Сидела, придерживая на плечах пустой мешок, жалась к костру. Пачкать плащ не хотелось.
— Даже не верится, — сказал Энгус. Он устроился, неловко вытянув пострадавшую ногу. Колено было плотно обмотано тряпками. Парню явно не везло с нижними конечностями.
— Я много раз слышал, что вег-дича можно удержать сомкнутым строем. Интересно, какой глубины должен быть строй, чтобы удержать прямую атаку двух тварей? — Даллап говорил сипло. Джин его заметно приободрил, но ветеран все равно сидел криво, оберегая ушибленную правую часть тела.
Катрин хмыкнула. Действительно, большое счастье, что вег-дичи ведут моногамный образ жизни. И большим количеством детей семью не обременяют.
Ингерн пошевелила босыми ступнями. Ее платье испачкалось в лошадиной крови, но по сравнению с уроном, нанесенным одежде леди-командирши, это было сущей ерундой. Глядя в огонь, служанка задумчиво изрекла:
— Вы уж меня извините, леди, но я едва не опозорилась, когда чудище надо мной торчало. В жизни не забуду. По-моему, вы тут совершили настоящий подвиг.
— Подвиг будет, если мы выйдем из леса живыми, — заметил Даллап.
Катрин кивнула:
— Или хотя бы отстираемся.
— Да, это важней, — деликатно заметил Даллап.
Глава 8
Подошвы облепила грязь, и даже небольшой спуск превратился в опасное препятствие. Кобыла всхрапывала, копыта и колеса скользили. Телега норовила развернуться боком, и люди с трудом удерживали ее на дороге. Энгус помогал устоять на ногах изнуренной кобыле.
Сползли на дно лощины, теперь предстоял нелегкий подъем. Лицо Катрин было мокрым от пота и дождя. Девушка вновь уцепилась за борт экипажа. За последние два дня эта старая доска стала до жути родной. Ладони саднило. Хорошо, что догадалась обвязать тряпками. Плохо без перчаток… Еще плохо без непромокаемой куртки, без шоколадных батончиков, шампуня, полноприводного джипа, километровых карт, «Калашникова» и твердой веры в светлое будущее… Катрин хотела сплюнуть, но плевать в мокрую до безобразия действительность было как-то бессмысленно. Что за привычки появляются, в самом деле? Ты леди или кто такое?
Катрин хотелось захныкать…
…На подъем заползли. Само собой, впереди дорога не замедлила скатиться в следующую впадину. Нет, что-нибудь одно: или дождь отключайте, или прекращайте это геодезическое безобразие.