— Хм, — Катрин всмотрелась в ничем не примечательную тень на воде. — И что хорошего в этом Носу?

— От него два дня пути до Глора при слабом ветре. Берегом, должно быть, дней пять-шесть.

— Уверен? — шпионка с сомнением разглядывала мыс. С другой стороны бухты виднелась точно такая же скальная гряда.

— Не очень уверен, — прошепелявил мальчишка. — Я же его только с моря видел. Но место известное. Раньше пираты здесь прятались. Купцов перехватывать удобно. Но сейчас вроде бы спокойно. Все вольные люди за Птичьи острова собираются.

— Вот и славно. Значит, акул-мурен здесь нет? Купаться можно?

— Акулы-голохвостки изредка зимой заходят. Про мурен не слыхал. А вы змеев не боитесь? Они, конечно, к самому берегу редко подходят…

— Ну и хорошо. Если хочешь окунуться — давай. Мы потом поплещемся. Дамы, знаешь ли, такие чистюли — несколько дней в седле, и уже освежиться тянет.

Блоод против чистоты принципиально не возражала, но предпочитала обходиться без воды. Катрин пришлось держать ее за руку. Только когда девушки вошли в воду по пояс, суккуб расслабилась:

— Не холодно.

— А то ты замерзнуть боялась, — фыркнула Катрин.

Вода чуть светилась изнутри. Где-то безумно далеко на горизонте еще розовело воспоминание об утонувшем солнце. Теплая вода обнимала обнаженные тела подруг. Хотелось отдаться соленой ласке, лечь в гостеприимные объятия. Катрин так и сделала. Пример оказался заразительным, и скоро осмелевшая Блоод покачивалась на вкрадчивых волнах рядом. В лицо светили яркие искры густых созвездий. Возможно, там, наверху, были зашифрованы координаты этого просторного мира. Только разгадывать астрономические загадки сейчас совершенно не хотелось.

— Я не тону. Совсем, — глубокомысленно прошептала Блоод.

— Если не захочешь, не утонешь. Мы, мыслящие, такой товар, что хрен нас и насильно утопишь.

— Ланон-ши никогда не плавали. Спасибо. Честно, на хрен.

Улыбаясь, Катрин чуть не глотнула воды. Пришлось встать на ноги и обнять Блоод. Подруга не возражала. Губы у нее были такие же мягко-прохладные как волны. Катрин долго представляла, что целуется с морем. Голова кружилась, волны убаюкивающе ласкали кожу. Потом оказалось, что в объятиях все-таки скользкая Блоод, и одними поцелуями она ограничиваться не собирается.

…Баловались у самой кромки воды. Бухта была не такой уж большой, и, возможно, мужчинам пришлось стать невольными свидетелями кое-каких нескромных действий. Это было, конечно, бессердечно по отношению к представителям сильного пола…

— Мы увлеклись, — прошептала Блоод.

— Думаешь? — Катрин глянула на обрыв. — Обвала вроде не было?