Мне вообще все такие разговоры свидетельские пока не нужны, пока не возьму ситуацию под свой полный контроль. Лучше всего именно смазливую лучницу в смерти вонючего мужика с дубинкой запутать, чтобы оказалась со мной в одной лодке на какое-то время.

Придется с ним попрощаться в самом скором времени, пока не начал петь жалобные песни о том, что это не он, а кто-то другой напарника вырубил.

Еще изначально положено мне максимально сурово себя проявить для начала перед окружающими, чтобы не думали о себе слишком много лесные жители. Видно, что у местных все довольно просто с незваными гостями выходит по первоначальному общению.

Поэтому через минуту оставил сознание вонючего соседа в покое и толкнул-шепнул по сознанию девки-лучницы с пропитым до хрипоты голосом:

— Стреляй!

Полностью прикрывшись телом замершего в оцепенении бандита.

«Ох, и воняет от него дерьмом и грязью. Не мылся пару месяцев уже минимум, чертов грязнуля, — успел почувствовать и подумать я. — Так и отправишься грязным на тот свет. Жукам и червям здешним все равно, кого именно жрать».

Как свистнула долгожданная, спровоцированная мной стрела, вошла в грудь приговоренного приятеля лучницы, он на настолько подлый выстрел только печально всхлипнул и тут же осел. Я же максимально бережно опустил тело лицом вперед на землю, чтобы стрела не сломалась и зашла как можно дальше в его организм.

Ни к чему ему долго мучиться, рассказывать о том странном событии, что случилось с ним только что. Пусть отвлечется на что-то совсем другое рядом, хотя бы на древко, торчащее в своей груди и железный наконечник, все ближе к сердцу подбирающийся…

Как услышал истошный крик из холодеющих уст освобожденного от моего влияния мужика:

— Ксита! Сучка! Ты в кого стреляла? Тварь криворукая! Чтоб ты сдохла! Больно то как!!!

И долгий жалобный стон после настолько эмоционального выступления, когда острый наконечник добрался до особо чувствительно места в организме второго по счету неудачника.

Речь мне вполне понятная, только произношение здесь заметно более жесткое по сравнению с имперским, такое я еще после первых слов девки понял.

«С гальдским языком у меня все тоже в порядке», — порадовался в очередной раз.

Однако, помня хорошо про нужные мне для прокачки умений чужие смерти, все же не пустил важный процесс на произвол судьбы. А добил мужика уже сам точным ударом ножа в шею сзади.

Он дернулся и умер совсем, я же задумался на секунду, что сейчас случилась первая человеческая смерть на моих руках. Пусть он и так уже был совсем не жилец после меткой стрелы лучницы.