— Да, — кивнул.

Ловцы, что были рядом, замолчали. Повернулись к нам. Смотрели на меня с открытыми ртами. Тишина. Неловкая, тягучая.

— Василиса она… — начал запинаться парень, что стоял рядом с Олегом. Высокий, худой, с длинным носом. — Спрашивала о тебе. Почему ты не пришёл проведать своего куратора?

Хмыкнул.

Уже соскучилась? Мамонтова не из тех, кто нуждается в поддержке. Но видимо, ей хочется внимания. Или хочет что-то от меня. Может, тоже попросить, чтобы я поехал с Матросовым на дело. Сама-то она пока не ходок.

— Ударила меня, — вдруг заявил Олег. Потёр щеку, поморщился. — Потому что я побежал к нашим и попытался её защитить. Сказала, что ей не нужна наша помощь. Что она сама может за себя постоять.

Типично. Василиса не терпит, когда её считают слабой. Особенно сейчас, когда она ранена и действительно уязвима. Но мне всё равно. От меня снова ждали какой-то реакции. Сочувствия Олегу? Возмущения поведением Мамонтовой? Желания немедленно бежать к ней?

Поднялся с кровати. Пружины скрипнули снова.

— Ты зайдёшь к ней? — спросил ловец, глядя на меня с надеждой.

— Нет, — покачал головой. — Еда.

Желудок снова заурчал, подтверждая мои слова. Уже направился к выходу. Олег метнулся за мной, едва не споткнулся о чью-то кровать.

— Володя, подожди, — схватил меня за рукав. — Патрушев разрешил нам снова перемещаться по корпусу.

Остановился.

А я и забыл про это уже. Вышло бы неловко сейчас, если бы меня попытались задержать охранники.

— Мамонт приказала, чтобы ты к ней зашёл, — продолжил Олег, не отпуская рукав. — Ждёт тебя, как лидера ловцов, чтобы что-то обсудить.

— Приказала? — поднял бровь.

— Прямо сейчас! — настаивал он, сжимая рукав сильнее. — Она серьёзно. Сказала, что если ты не придёшь, она сама приползёт сюда.

— Уже бегу, — хмыкнул, освобождая рукав из его пальцев.

Когда вышел из казармы, направился в столовую. Война войной, а обед уже давно не по расписанию. И меня это крайне расстраивает. Дошёл до столовой. Дверь закрыта. Заглянул в окошко — внутри убирают столы, моют посуду.

Толкнул дверь. Заперто. Постучал — громко и настойчиво.

Через минуту послышались шаги. Дверь приоткрылась, и в щель высунулась голова повара — молодого парня с прыщавым лицом.

— Обед закончился, — буркнул он. — Приходи к ужину.

Попытался закрыть дверь. Я упёрся ладонью в створку.

— Впусти, — сказал спокойно.

— Я же сказал… — начал было повар, но осёкся, когда увидел моё лицо.

Глупцы. Остановить мужчину, когда он голоден, — глупая попытка. Толкнул дверь сильнее. Повар отступил, пропуская меня внутрь. Прошёл в зал. Столы чистые, скамейки расставлены ровно. Пахнет моющим средством и остатками еды.