— Угу.

— Но как⁈

— Повезло, — пожал плечами.

Живцы молчали. Смотрели на меня, будто я свалился с луны. Кто-то качал башкой, кто-то улыбался. Один даже присвистнул.

— Большов! — донёсся голос.

Обернулся. Пузатов шёл ко мне, улыбаясь во весь свой рот. Приглаживал усы, поправлял китель. Вид у него был довольный — самодовольный, масленый.

— Вот не зря я на тебя ставил, — заявил он, останавливаясь рядом. — Хороший человек — хороший во всём. Говорил же, что ты перспективный. И вот — даже сейчас помог моим ребятам. Благодарю!

Смотрел на мужика, который приглаживал свои усы и пытался понять, что он хочет от меня. Лицо масленое, глазки бегают.

— Вот смотрите, — развернулся Пузатов к живцам, широко раскинув руки. — Потом не говорите, что я о вас не забочусь. Видите? Мой бывший подчинённый помог вам. Я его учил, я его воспитывал. Так что, считайте, это я вас спас.

Живцы молчали. Несколько человек скривились, отвернулись. Один сплюнул.

— А ты не охерел? — взорвался Олег.

Шагнул вперёд, прямо к Пузатову. Лицо перекосило от ярости.

— Сука трусливая! — продолжил он, голос сорвался на крик. — Ты же спрятался за сеткой, когда живцы дохли! Когда гигант тут буйствовал! Когда Стас… Когда Стас прыгнул и погиб! Ты стоял в стороне и ждал! Ждал, пока всё закончится! А теперь ещё и хвастаешься⁈

Пузатов дёрнулся. На секунду лицо перекосило — страх, злость. Но тут же взял себя в руки. Выпрямился, расправил плечи. Лицо стало холодным.

— Не понял, — сказал он медленно, чеканя каждое слово. — Это что за нарушение субординации? Ты забыл, кто я? Кто ты?

Подошёл ближе к Олегу.

— Ты хочешь палкой по хребту? — продолжил Пузатов. — Магического давления? Думаешь, что такое нарушение прикроет твой куратор? Думаешь, Мамонтова за тебя вступится?

Олег молчал. Тяжело дышал. Кулаки сжаты, тело напряжено как струна.

— Сука, я тебя сейчас… — прыгнул на Пузатова Олег.

Не успел. Куратор дёрнулся назад, рука метнулась к поясу. Выхватил пистолет, выставил вперёд. Ствол уперся Олегу в грудь.

— Тише, сынок… — голос Пузатова стал вкрадчивым, почти ласковым. — Тише. Не заставляй на душу грех брать. Ты же молодой, впереди вся жизнь. Зачем портить?

Снял пистолет с предохранителя. Щелчок разнёсся в тишине.

Моя рука легла на плечо Олега. Чуть сжал. Парень вздрогнул, повернул башку. Посмотрел на меня. Я качнул головой.

Зачем я это сделал? Олег полезет — его убьют. Пузатов выстрелит, потом скажет, что тот напал первым. И будет прав по их законам. Я не приветствую глупые смерти. Особенно если они бесполезны.

Олег медленно выдохнул. Отступил на шаг. Кулаки всё ещё сжаты, но он держится.