— Я с тобой говорю! — занавеску резко дёрнули.

Медленно повернулся.

— А я — нет, — ответил и занялся слипшимися волосами.

— Думаешь, тебе можно всё? — прорычал он.

— То, что я думаю, тебя не касается, — смыл пену.

— Наша группа, она… — Коля закусил губу. — Если будет разлад, мы все сдохнем.

— Согласен, — кивнул я. — Это не моя проблема, а твоя.

— Ты — моя проблема! Был один идиот, что обосрался и побежал. В итоге его убили, а я получил двадцать палок, как лидер. Теперь другой появился, да ещё хлеще прежнего!

Я дёрнулся. Рванул вперёд, схватил паренька за шею и приподнял. Чёрт, руки мыльные, и он выскользнул, отпрянув.

— Занимайся своими делами, я буду своими. В следующий раз за длинный язык я тебе сломаю челюсть, — тихо, но отчётливо предупредил я его.

В другой ситуации уже бы наказал. Но я голый, в мыле, да и день выдался слишком насыщенным.

— Послушай меня, Володя… — Коля потер шею. — Ты силён, быстр, вынослив. Этого у тебя не отнять. Но выживает тут умный и тот, кто слушается приказов. Эти ребята… Они мои. Я за них отвечаю.

— Вообще всё равно, — хмыкнул я. — Если бы я хотел твоё место, оно бы уже было моим. Играйся дальше в своего вожака.

Николай сжал кулаки, лицо перекосилось от злости.

— Ты меня услышал! Я за них отвечаю. Хочешь быть сам по себе? Не вопрос… Мы не рассчитываем на тебя, и ты — на нас.

— Свали, — склонил голову, давая понять, что разговор окончен.

Парень развернулся и ушёл. Судя по приглушённым звукам у двери, нас подслушивали. Покачал головой. Весь этот спектакль — лишь чтобы показать остальным, что он тут главный и о них «заботится». Детские игры. Сначала о себе позаботься, а потом уже чужие сопли вытирай.

Закончил с омовением и вышел. Все уже лежали на своих койках. В казарме стояла неестественная тишина. Занял своё место. Живот предательски заурчал. Чёрт, так ничего и не поел. Ненавижу засыпать голодным. Укрылся одеялом, закрыл глаза.

И тут в нос ударил запах. Что-то мясное, колбасное. Во рту мгновенно выделилась слюна, а в животе начались болезненные спазмы. Даже затошнило от этого ощущения.

Дрянное человеческое тело куда сильнее нуждается в пище, чем тело гиганта. Плюс тренировка и бой — мне срочно требовалась энергия.

«Завтра, пока не поем, никуда не пойду», — решил я. Попытался уснуть. Но живот урчал так, словно в нём поселился голодный зверь и сейчас рвётся на свободу.

— Володя… — позвал меня шёпотом Вася.

— Чего? — поморщился я.

— Ты хочешь кушать?

— Нет…

— Просто… я стащил со столовки три бутерброда с колбасой и яйцом, — продолжил длинноволосый. — Тебя с нами не было, вот и подумал, вдруг ты… проголодаешься. Будешь?