— Что случилось? — спросила она. Голос ровный, профессиональный, но я слышал подтекст.

— Ничего, — проглотил слюну. Губы еле двигаются. Сухие, потрескавшиеся. Сколько я был без сознания?

Оля наклонилась вперёд, локти упёрлись в колени. Изучающий взгляд стал острее.

— Тебя заставили? — следующий вопрос прозвучал тише, почти шёпотом. — Матросов? Мамонтова?

— Меня? — поднял бровь от такого бреда. Заставить меня?

Кольцова откинулась на спинку стула, скрестила руки на груди. На лице мелькнуло разочарование, сменившееся деловитостью.

— Через четыре часа ты должен уйти отсюда, — заявила, уже полностью врач. — Либо мне нужно составить отчёт о том, как ты пострадал, и зафиксировать все твои раны. А это значит — расследование, вопросы, проблемы для всех.

— Понял, — кивнул и начал подниматься.

Мышцы ныли, но слушались. Спина тянула — новая кожа ещё нежная. Сел на край койки, проверяя возможности. Нормально. Жить буду.

— Ты не изменённый, — вдруг произнесла Оля. В голосе обида, словно я её обманул. — Я была уверена… После того, что видела… Но нет. В тебе нет их энергии.

— Нет, — мотнул головой.

— Но… — она замялась, кусая губу. — Я же видела…

— Ты сама что-то выдумала и поверила в это, — резюмировал я.

Встал полностью. Нога подкосилась, но удержался. Ещё пара часов — и зелёнка закончит работу.

Девушка открыла рот и уставилась на меня. Словно я её ударил. На лице отразилась целая гамма чувств: злость — брови сдвинулись; обида — губы дрогнули; разочарование — плечи опустились.

Люди как открытые книги.

— Откуда тогда у тебя ядро? — спросила, сверкая глазами. Злость взяла верх. — Я проверяла, дважды! У тебя есть источник, хотя в деле написано, что ты не маг.

— Вырастил, — сказал правду.

Простая правда иногда лучшее оружие. Смотрел, как её лицо меняется.

— Не хочешь говорить? — Ольга встала, скрестила руки. Обиженный ребёнок, у которого отняли игрушку. — Ну что ж… Тогда наш договор не имеет силы.

Повернулась спиной. Демонстративно. Ждёт, что буду уговаривать, объяснять, просить?

Наивная.

Нога не слушалась — связки ещё не восстановились. Но это не помешало мне подойти к ней, три медленных шага. Положил руку на плечо, развернул к себе.

— Нет, — произнёс тихо, глядя в карие глаза. — Ты дала слово.

— И забрала его, — грустно улыбнулась она. — Моё право. Ты мне соврал…

Не дал закончить. В руке возник осколок камня. Небольшой, с острыми гранями. Резервуар откликнулся мгновенно, практика в бою не прошла даром.

Кольцова отшатнулась и упала. Тут же вскочила, трясущийся палец поднялся, указывая на камень в моей руке.