К тому времени, которое было озвучено Муриной князю, уже разместили массовку. Затем начали появляться опричники с фальшивыми приглашениями. Зал постепенно заполнялся. Все «гости» были в масках, ведь Неклюдова убедили, что на торги приедут, в том числе, аристократы, которые тоже хотят побороться за контракты, образцы которых я ему передал через Мурину.
Спустя пару минут ожила рация:
— Объект прибыл.
А ещё через некоторое время в конференц-зал вошёл Неклюдов в выданной ему на входе красной маске. Повертев головой, увидел специально оставленное свободным место и направился к нему. Рыбка плыла по чётко выстроенному для неё маршруту прямо в сети.
Часы пробили шесть, и на сцену вышел полный мужчина в смокинге и белых нитяных перчатках. Поклонившись собравшимся, он занял место за кафедрой.
— Господа! — начал он звучным голосом, натянув на лицо вежливую, но равнодушную улыбку. — Спасибо, что приехали. Знаю, как все вы заняты. Сегодня мы говорим о судьбе империи. Должна ли она остаться такой же, как сейчас, или настало время перемен? Можем ли мы, неравнодушные граждане, мириться с социальной несправедливостью? Или, подобно нашим братьям из Старгорода, поднимем головы и зажжём факел, что поведёт нас в новую, прекрасную эру всеобщего равенства и братства?
Массовка одобрительно закивала. Раздались разрозненные аплодисменты.
— Благодарю, господа! — кивнул человек за кафедрой. — Но вы не должны аплодировать мне. Аплодируйте себе, потому что именно вам предстоит взять дело революции в свои руки, разрушить старый мир и построить на его обломках новый! Вы — те, кто встанет у истоков преображения!
Я наблюдал за сидевшем в первом ряду Неклюдовым. Князь начал заметно нервничать. Ещё бы — совсем не на такое мероприятие он шёл. Наверное, если бы не маска, он немедленно встал бы и свалил. Даже на докумнты плюнул. Но сейчас, считая, что никто не знает, кто он, Неклюдов терпел. Правда, я подозревал, что хватит его ненадолго.
Лицитатор ещё минуты три разглагольствовал по поводу того, что в зале собрались сознательные и неравнодушные, которые поведут империю в светлое будущее, упомянул ещё пару раз революцию, социализм и всобщее равенство — всё это должно было запечатлеться камерами, записи с которых послужат неоспоримыми доказательствами того, что Неклюдов являлся одним из этих самых новаторов.
Вдруг князь начал подниматься. Терпение лопнуло, взяла верх осторожность. Рыбка решила соскочить с крючка.
— Наши братья из Старгорода предоставили нам бумаги, которые послужат нашей общей цели! — тут же проговорил лицитатор, заметив порыв Неклюдова. — Внесите же их!