Ладно, с этим разберусь по ходу дела. Скорее всего, когда я окажусь в обсерватории, Хранители сами себя обнаружат. Не упустят же они возможность напасть на меня. Но чтобы соблазн оказался непреодолим, на дело следовало отправиться одному. Так что я дождался ночи, экипировался и выбрался из замка через потайной ход.

Вскоре я уже мчался по расцвеченному плывущими в темноте огнями городу на мотоцикле.

Обсерватория не была историческим зданием. Её построили шестьдесят три года назад в Белом секторе по указанию императора и на его деньги. Сотрудники числились в Академии наук, и было их около трёх десятков. Об этом я прочитал в энциклопедии, выпускавшейся этой самой академией. Благо, в моей библиотеке хранилось полное собрание данного издания.

Я рассчитывал застать ночью минимум сотрудников. Явно же они не сидят в тёмное время суток так полным составом, а изучают лишь те явления, которые этого стоят. Если же я ошибаюсь… Ну, так тому и быть. Всё равно, я не могу ждать, давая Хранителям возможность снова атаковать. У меня и без них полно хлопот.

Припарковавшись в соседнем дворе, я двинулся к зданию обсерватории. Оно было окружено чугунной оградой, которую я легко перемахнул, приземлившись за аккуратно постриженными кустами. Сад при обсерватории был ухоженным, но небольшим. Я пересёк его за пару минут, и то лишь потому что старался не попасться никому на глаза. Правда, попадаться было особо некому: пространство вокруг здания пустовало. Никакой охраны не было, я даже камер видеонаблюдения не заметил.

Поначалу слова пленного мага о Юпитере вызвали у меня лёгкое замешательство. Было непонятно, о чём идёт речь, но при этом было очевидно, что потайной вход ведёт наружу, а значит, Юпитера следовало искать именно там. Изучая фотоснимки обсерватории, я рассчитывал обнаружить изображение планет — барельеф или мозаику — однако оказалось, что ничего такого на здании нет. Зато имелись скульптуры. Архитектор решил не мелочиться и заказал мраморные фигуры древнегреческих богов, в честь которых были названы планеты солнечной системы. Они располагались вокруг здания в специальных нишах, которые в энциклопедии назывались эдикулами. Появился этот архитектурный элемент ещё в Древнем Риме, где использовался в качестве домашних святилищ, украшения надгробий или установки скульптур в общественных зданиях. Иногда в эдикулы также помещались каменные вазы.

Я двинулся вдоль стены, разглядывая мраморные фигуры. Окна практически не горели, фонари располагались только вдоль подъездной дорожки, так что приходилось светить фонарём, чтобы понять, кто есть кто. Табличек не было, так что приходилось ориентироваться по атрибутам, которыми древние наделяли своих богов. Думаю, они и сами их различали именно таким образом, ибо все олимпийцы были практически голыми.