— Как прикажете, Ваша Милость. Я готова.
— Вот и отлично. Тогда едем. Как раз успеем занять места получше.
На самом деле, конечно, места нам забронировали организаторы. Так что расположились мы без проблем и поисков в третьем ряду, ближе к центру.
Нас окружали мех, ароматы духов и блеск бриллиантов. Среди которых ожерелье Матильды было далеко не из последних. Я заметил немало завистливых взглядов, брошенных дамами на переливающиеся камешки. И ещё больше — мужских, обращённых в вырез платья. Падшую всё это нисколько не смущало. То ли держалась, то ли не страдала низкой самооценкой, то ли ощущала себя на службе.
Над нами висела огромная хрустальная люстра из полированной бронзы. Не иначе, как её приволокли из какого-нибудь старого дворца или музея. Я вообще часто замечал в городе вещи, смотревшиеся анахронизмами. Видимо, после местного апокалипсиса куча предметов была присвоена частными лицами и, в том числе, новой аристократией. К которой теперь волей судьбы относился и я.
Я взглянул на часы, а затем окинул взглядом роскошный зал. Все посетители уже расселись и нетерпеливо ожидали начала торгов. Шелестели платья и страницы доджеров, стучали передвигаемые стулья.
Некоторые лица выглядело знакомо. Я видел их на собственном Дне рождения и на новогоднем балу. Завсегдатаи аукционного дома приветственно кивали друг другу издалека. Со мной поздоровались человек шесть. Имён половины из них я не помнил.
Я раскрыл доджер и взглянул на страницу, где были отмечены лоты, за которые я намеревался побиться. Ничего из них мне не было нужно, но мероприятие благотворительное, так что это неважно. Тем более, приобретать их я не планировал. Много денег или мало, тратить их следует разумно. Тем более, что мне есть, на что пустить капитал.
Один из лотов — пейзаж Фернера, идущий вторым лотом. Стартовая цена десять тысяч. Он неплохо смотрелся бы в спальне, будь у меня интерес к живописи. Да и в целом, хорошее вложение денег. В моём прежнем мире. Где эта картина стоила бы гораздо дороже. Здесь же искусство не особо ценилось. Все были слишком заняты собственным выживанием, чтобы собирать коллекции. Куда больше люди интересовались военной техникой и оружием.
Другой лот, который я отметил, должны были выставить непосредственно перед маской отца Авинова. Фарфоровый сервиз с узором из кувшинок и рыб. Якобы вывезен из какого-то дворца и чудом сохранился до наших дней. Ни одного прибора не утеряно. Полный комплект. Что, само собой, повышало его ценность. Стартовая цена — двадцать восемь штук. Я планировал дойти до максимум тридцати пяти и соскочить. Это если найдутся желающие побороться за тарелочки, блюдца и чашки.