— Просто то, что происходит… Теперь, похоже, все знают.

— Я не предполагал, что это случится. Я не хотел этого. Не думал, что встреча с Антарэлем так повлияет на Эни. Но на все воля Предвечных, — Диос тряхнул головой. — Ты знаешь, я готов поспорить на что угодно: она не осознает, что сделала. И, значит, так должно было случиться. Бессмысленно этому противиться. — Он повернулся и крикнул людям, так и не решившимся подойти поближе: — В чем дело? Если появление реки — достаточный повод, чтобы прекратить работу, можете идти отдыхать, но не стойте здесь столбами!

Людей как ветром сдуло. Но они не понеслись домой, а с небывалым усердием принялись за свои дела. Все-таки одно дело — трудиться на лорда, и совсем другое — на Двуликого. Они работали, оживленно переговариваясь, и улыбались друг другу без всякого повода. Если бы лорд Йоран остался жив и увидел это, то был бы потрясен тем, какими невероятно трудолюбивыми могут быть его люди — и при этом такими счастливыми.

Но, к сожалению, это были не все последствия магии воздушных струн. Эхо чудодейственной музыки вылилось за пределы Предгорья, и Гении его почувствовали. Они не узнали того, что узнали другие, и не испытали ни радости, ни восторга. Однако поняли: кто-то за барьером совершил акт невиданной магической силы, и это в корне меняло ситуацию, делало ее в десятки раз серьезнее.

Йоран либо сам обладал чудовищной силой, либо располагал кем-то особенным. В любом случае, нужно было действовать как можно быстрее — пробраться в Предгорье и ликвидировать магический ресурс противника. Или, если Тугарт был прав насчет Эндары, забрать его себе.

Узнав, что случилось, Эни лишь тихо пробормотала: «Извините», — на большее не хватило сил. Во-первых, когда она закончила игру, у нее появились смутные подозрения или, точнее, ощущения содеянного. Во-вторых, после такого мощного применения магии, да еще впервые за всю свою жизнь, она чувствовала себя усталой.

Диос заверил, что все в порядке, велел Дорте принести в комнату еды и попросил Эни быть здесь, пока он будет беседовать с Лирди. Следуя его указаниям, она занавесила окно шторами, с помощью магии зажгла свечи и приготовилась ждать. На душе было тревожно. Не навредит ли Диосу то, что она натворила? Как Лирди оказалась у Осберта? Зачем ее отправили в Предгорье?..

Тем временем Диос, тщательно завернувшись в плащ, встретил Лирди, провел ее через барьер и усадил в карету. Путь был совсем недолгим, но так девушка видела меньше, чем могла бы при пешей прогулке. Она была явно напряжена: за всю дорогу не проронила ни слова и даже не пыталась смотреть в окно. Судя по всему, ее задачей действительно был только разговор с лордом Йораном, что утешало.