— Адалла, — вмешался Диос. — Юст столкнулся с инцарием, он в неважном состоянии. Знаю, тебе бы этого хотелось меньше всего, но не могла бы ты побыть с ним в доме?
— Я? В доме Йорана? — тонкие губы Адаллы скривились в ехидной усмешке. — Хочешь подарить Предгорью еще один пугающий миф?
— Тебя никто не заметит, обещаю. Сейчас в доме никого нет, а потом мы просто запретим прислуге соваться в комнату Юста. Ну, они и так не горели желанием, честно сказать… Окно, конечно, закроем, ни один лучик не просочится. Все будет в порядке.
— А как же вход?
— Юст важнее.
Адалла с минуту раздумывала, потом нехотя проговорила:
— Ладно. Какой смысл тебе возражать?
Эни думала, что она поднимется на ноги, но Адалла не двинулась с места — просто молча ждала.
Диос попросил Эни подержать факел, а сам сбросил с плеч плащ, завернул в него Адаллу и взял ее на руки.
Позже Эни узнала, что Адаллу называли великой тайновидицей и пророчицей, о ней слагали легенды, ее знали и боялись как эвендины, так и люди.
А пока она поняла лишь одно: это странное создание не может ходить и по каким-то причинам не выносит солнечного света.
Глава 13
Готтран подошел к королевскому кабинету с нехорошим предчувствием, что для него было ново. Если раньше, проворачивая дела, которые вряд ли бы понравились Дориану, он немного нервничал, то в последние годы совершенно расслабился: королю ни до чего не было дела, и если что-то тревожное все-таки достигало его ушей, разговор оказывался коротким. Готтран выдавал парочку заранее приготовленных аргументов в свою пользу, Дориан удовлетворялся этим и закрывал тему.
Теперь все стало сложнее. Готтран всерьез надумал разобраться с Йораном и прикрылся ради этого именем Дориана. Серьезнейшая ситуация, по сути — преступление против короны. Ильфиты бы побрали родственные связи Йорана с королевой! Если бы не они, Готтран решил бы проблему Предгорья давным-давно и убил сразу трех зайцев: во-первых, заткнул бы рот мятежному лорду, игнорирующему королевские приказы, во-вторых, получил бы для себя новые территории, а в-третьих, что самое главное, открыл бы доступ к морю — единственной дороге на Тоа-Дин, обиталище эвендинов. Впрочем, в лесах Предгорья их тоже хватало, и Готтрану это было прекрасно известно. Да и гнезда симарглов находились неподалеку. По его мнению, Йоран расселся точно на золотой жиле и действовал по принципу «ни себе, ни людям». До недавнего времени.
Готтран заготовил пару ненадежных оправданий и открыл дверь. Дориан, склонившийся над письменным столом, тут же поднял взгляд и кивком пригласил его войти. Выглядел он серьезным и усталым.