Я достала телефон и набрала Романа.

— Мам, — ответил он. — У тебя всё нормально?

— Да. Мы... мы переезжаем. В новую квартиру.

— Знаю. Тот мужик приезжал сегодня, привёз вещи.

Я вздохнула. Ян всё организовал, даже не спросив меня.

— Рома, ты не злишься?

— Не знаю. Ты сказала, что это ради моего будущего. Я не знаю, стоит ли оно того.

— Оно стоит того. Обещаю.

— Ладно, мам. Я спать.

— Спокойной ночи.

Он повесил трубку. Я прошла в свою комнату, легла на огромную кровать и уставилась в потолок.

Я вышла замуж за человека, который смотрел на меня как на инвестицию.

Я согласилась на год рабства, потому что у меня не было выбора.

Но самое страшное было не в этом.

Самое страшное — я всё ещё помнила его глаза в том кафе, пять лет назад. Тёплые. Живые. Он смеялся надо мной, я смеялась над ним, и в тот вечер я поняла: если бы судьба свела нас иначе, я могла бы его полюбить.

А теперь мы муж и жена, и он даже не знает, кто я.

Я закрыла глаза и провалилась в сон, полный зелёных глаз и трюфельных соусов.

Утром я проснулась от запаха кофе.

Я спустилась на кухню. Ян стоял у плиты, рубашка расстёгнута на две пуговицы, волосы взлохмачены. Он варил кашу.

— Ты умеешь готовить? — удивилась я.

— Я владелец ресторанов. Было бы странно, если бы не умел.

— Тогда зачем заказывал стейк в доставке?

— Я проверял службу. Хотел посмотреть, как курьеры работают.

Я замерла.

— То есть мой стейк... моё падение... это всё было... проверкой?

Ян повернулся ко мне. В его зелёных глазах не было ни тени вины.

— Я проверяю всё. Особенно людей, с которыми работаю.

— Вы... ты не работаешь со мной. Ты купил меня.

— Ты сама согласилась.

Я хотела закричать. Разбить эту чёртову кастрюлю. Уйти. Но потом вспомнила: Роман. Долги. Обучение.

Вместо этого я села за стол и сказала:

— Кашу не перевари. Она станет горькой.

Ян усмехнулся — впервые я видела его улыбку. Кривую, неловкую, но настоящую.

— Ты права, — сказал он. — Я не умею готовить кашу. Я вообще не умею готовить. Это ложь.

— А что ты умеешь?

— Управлять. Принимать решения. Быть холодным.

— И всё?

— И не влюбляться. Это самое главное.

Он выключил плиту, вылил кашу в мусорное ведро, открыл холодильник и достал яйца.

— Сделай ты, — сказал он. — Раз ты шеф-повар.

Я встала, взяла у него яйца, нашла сковороду, масло, специи. Через семь минут на столе стояла идеальная яичница с помидорами и зеленью.

Ян попробовал, закрыл глаза и сказал:

— Где ты раньше была, Мила?

Я не ответила.

Но внутри всё сжалось.

Потому что я хотела сказать: «Я была в твоём ресторане, но ты меня не заметил».

Вместо этого я спросила: