— В фундаменте восточного крыла есть ложная структурная трещина, — объясняет он, когда мы спускаемся в подвал. — Если они приведут инженера, он найдет именно то, что Гэрроу хочет, чтобы он увидел — признаки опасной нестабильности. — Его пальцы касаются искусственной трещины в каменной стене, настолько убедительной, что я никогда бы не заметила, что она поддельная. — Но фактическая несущая стена находится на шесть дюймов за этим фасадом, вдвое толще и совершенно прочна.

В библиотеке Сайлас становится на колени у орнаментированного ковра, откатывая его, чтобы открыть участок пола, который выглядит идентично остальным. Он нажимает на конкретную половицу, и маленький отсек открывается, показывая металлическую шкатулку.

— Аварийное коммуникационное оборудование, — объясняет он, доставая то, что выглядит как модифицированные рации. — Они работают на частотах, которые местная полиция не отслеживает. Если нас разлучат во время обыска, мы сможем поддерживать связь.

Он вручает мне одну, и наши пальцы соприкасаются на мгновение. Его глаза встречаются с моими в тусклом свете, и я чувствую, как у меня перехватывает дыхание. Даже с приближающимся рейдом я не могу не заметить, как он сосредоточен и готов. Это то, в чем он хорош — предвидеть угрозы и двигаться в темноте так, будто это его вторая натура.

— А твои комнаты? — спрашиваю я, закрепляя устройство на поясе. — Разве они не найдут доказательств твоего существования там?

Что-то почти похожее на веселье мелькает на его лице.

— Мои личные покои регулярно меняют местоположение. В данный момент их не существует нигде, где стандартный обыск мог бы их обнаружить.

Мы продолжаем наши приготовления, двигаясь со все большей координацией, как будто делали это вместе годами, а не часами. Сайлас показывает мне, как определить, какие проходы остаются доступными даже во время процедур блокировки. Я показываю ему юридические лазейки в ордере, который, вероятно, получил Гэрроу, основанные на моем поспешном исследовании перед заседанием совета.

— Они не могут обыскивать любую запертую комнату без определенной причины, — объясняю я, когда мы создаем ложные улики в северной гостевой спальне — бумаги, предполагающие, что я планирую ремонт, не более того. — Если они захотят открыть запертую дверь, им придется обосновать это конкретными проблемами безопасности, а не общей инспекционной властью.

Сайлас одобрительно кивает.

— Тогда мы дадим им достаточно того, что найдут, с чем не стоит бороться за доступ, и спрячем то, что важно, за препятствиями, которые потребуют юридических акробатик.