— Оно нуждается в нас, — просто говорит Сайлас. — В нас обоих.
Она кивает, делая пометки на планшете, ее профессиональная маска смягчается во что-то более теплое, когда она наблюдает за нашими все еще переплетенными пальцами.
— Поместье Хейлов стоит поколениями, — говорит она. — Думаю, оно может подождать несколько недель, пока ты полностью не поправишься.
— А потом? — спрашиваю я, не совсем уверенная, о чем спрашиваю.
Глаза доктора Рао встречаются с моими с пониманием, выходящим за пределы ее медицинской подготовки.
— А потом вы делаете то, что Хейлы и Меррики делали всегда — защищаете тех, кто нуждается в защите. Даете убежище. — Она смотрит между нами, на то, как Сайлас слегка наклоняется ко мне, даже когда я занимаю позицию между ним и дверью.
Когда она уходит, Сайлас осторожно притягивает меня на узкую кровать рядом с собой. Монитор продолжает свой ровный ритм. Снаружи наступает рассвет над городом, просыпающимся в свое первое утро без тени Гэрроу за много лет. Здесь, внутри, мы двое строим тихие планы не из-за какой-то клятвы или обещания, а просто потому, что мы этого хотим.
— Отдыхай, — говорю я ему, касаясь губами его лба, когда его веки начинают опускаться. — Поместье будет ждать, когда ты будешь готов.
— Ты останешься? — спрашивает он, уже наполовину во сне, его пальцы сжимаются вокруг моих.
— Да, — обещаю я, устраиваясь рядом с ним, пока он проваливается в сон. — Больше никакого наблюдения из теней. Отныне мы сталкиваемся со всем вместе.
Глава 19
Новые Основания
Через два месяца после ареста Гэрроу главный зал выглядит совсем не так, как ритуальное место, где я чуть не потеряла все. Леса тянутся к потолку, брезент покрывает каждую поверхность, создавая ощущение, будто мы устраиваем самую печальную вечеринку с привидениями. Воздух густой от штукатурной пыли, которая оседает в горле и оставляет тонкий белый слой на коже. Время от времени очередной кусок поврежденной панели с грохотом падает на пол, обнажая секреты, скрытые веками. Сквозь все это Сайлас движется с новым чувством принадлежности — больше не тень, а человек, который наконец-то вписывается в собственный дом.
— Осторожнее с этой секцией, — окликает Рафе, его обветренные руки жестикулируют в сторону рабочего, готового снять особенно кусок панели. — Там за ней больше, чем вы думаете.
Я прячу улыбку за кожаным журналом, ручка наготове на новой странице. Рафе не осознает, насколько он прав. За той панелью — одна из самых сложных сигнализаций поместья: набор противовесов и натянутых проводов, которые когда-то заставляли вибрировать определенные половицы, предупреждая Сайласа о вторжении. Мы уже нашли три других подобных устройства сегодня утром.