в войну, она почти сразу закончится, – с мальчишеской самонадеянностью заверил Лезэн. Убежденность обоих братьев воодушевляла меня, однако я помалкивала. – Слоан, наш старший сын уже мужчина, – ровным голосом произнес папа. – Теперь не нам решать. Хейворд должен сам за себя отвечать. – И ты поддерживаешь его? Отец кивнул: – Поддерживаю. Ты женщина, и я не жду от тебя понимания, но военная служба входит в обязанности мужчин. Это наш долг. – Разве Риверсы мало потеряли на войне? – вымолвила мама, и в глазах у нее впервые блеснули слезы. Папа с трудом сглотнул. По его лицу пробежала тень. Мой дед по отцу вернулся с войны Севера и Юга сломленным. Посевы были уничтожены, земля перестала возделываться. Он потерял на фронте двух сыновей, а вскоре после возвращения лишился и жены. Дедушка женился вторично; немного погодя, хвала Небесам, родился папа – иначе род Риверсов мог бы прерваться. После Гражданской войны дедушка сильно сдал. Одни утверждали, что он спятил. Другие считали, что несчастный помешался от горя. Когда в небе гремел гром, он укрывался у себя комнате, точно испуганная собачонка. Нередко заговаривался, называл Ролинса именами своих погибших старших сыновей, принимал бессмысленные решения, часами бродил по лесу, и никто не осмеливался признать правду: дедушка попросту мог заблудиться в собственных владениях. Он погиб вследствие несчастного случая на охоте, во всяком случае так заявил коронер. Родные же считали, что дедушка покончил с собой. – Да, мы потеряли немало, – тихо подтвердил папа. Затем повернулся к старшему сыну, и лицо у него просветлело. – Но я убежден, что Хейворд внушит своей стране гордость за себя. Как он всегда внушал ее нам. – Отец посмотрел на Лезэна. – Сынок, я молюсь, чтобы тебе не пришлось участвовать в сражениях. Но если так случится, я знаю, что и ты выполнишь свой долг. – А как же долг перед семьей? – воскликнула мама. – К чему тогда разговоры об ответственности перед Мэйфилдом? – Это одно и то же, – возразил отец, откидываясь на спинку стула с видом проповедника. – Обязанность защищать Мэйфилд тождественна обязанности защищать родину и приносить жертву ради общего блага. – Мама, как ты можешь просить меня поступиться честью? – спросил Хейворд. – Я не хочу и не стану этого делать. – Тебя зачислили в Принстон. Твоя будущность обеспечена. Ты откажешься от нее? – Прости, мама. Решение уже принято. Я должен явиться на следующей неделе. Мамино лицо исказилось, и она резко отвернулась, пытаясь справиться с собой. Лезэн молча наблюдал