– О господи!
Я закрыла лицо руками.
– Но на быстрой перемотке! – рассмеялся Стив. – Да ладно-ладно, я не увлекался, мне же еще работать с тобой, – похлопал он меня по спине.
– Надеюсь, ты все стер? – уточнила я.
– Конечно. Но только если ты когда-нибудь решишь сменить агента… – лукаво подмигнул мне он.
– Стив!
– Шучу-шучу. Конечно стер. Хотя такое можно пересматривать бесконечно! – опять не удержался он.
Я запустила в него блокнотом, лежащим на столе, попав прямо в лоб.
Стив сразу стал серьезным:
– Так что не так?
– Все, – задумчиво произнесла я.
– Опять твоя пластинка! Что именно? Он твой муж, у вас срок для примирения, вот вы и миритесь! Все логично!
– Это был всего лишь секс.
– Ах, ну да, – задумчиво покачал головой Стив. – Очень на тебя похоже, ты же постоянно с кем-то занимаешься сексом, особенно на полу в чужих офисах.
Я устало на него взглянула:
– Я не знаю, что мне делать.
– Это другой разговор! – обрадовался он. – Какие мысли?
– Их слишком много.
Я прикрыла глаза:
– Голова разрывается.
– Это от вчерашнего вина! – посмеялся Стив. – Я уже сказал тебе: ничего не предпринимай сейчас. Дай себе время, и решение придет к тебе само.
Я обняла его:
– Мне повезло с таким мудрым другом.
– О, и не говори! Я сам на себя не нарадуюсь! Только вот, – взглянул он еще раз на картину. – Мне она не нравится, она тревожная. Это вообще не твой стиль, выброси ее!
– Нет, это тоже часть моей истории, пусть останется, – ответила я.
Слова не в силах были выразить то, что было у меня на душе, а краски могли.
Он пожал плечами и пошел к двери:
– Я побежал, звони, если что… Пол?
– Стивен, – сухо кивнул тот и отошел в сторону, чтобы пропустить его.
Стив обернулся, скорчил выразительную мину одному ему известного значения и вылетел за дверь.
Я перевела взгляд на Пола. Стыд прожигал меня изнутри.
Я уже готова была признаться во всем, как вдруг он подбежал и стиснул меня в крепких объятиях.
– Слава богу, с тобой все в порядке! Я не мог найти тебя, Матильда сказала, ты не ночевала дома.
– Матильда?
Я поняла, что и он тоже не ночевал дома, но в ту минуту мне было это неважно.
– Прости! Прости меня! Я не должен был все это говорить тебе!
Он прижал мои руки к своим губам и удивленно уставился на них:
– В чем это ты?
На пальцах остались следы от черной краски. Я молча убрала свои руки и кивнула на картину.
Он только тяжело вздохнул и продолжил:
– Милая, я так виноват перед тобой.
Он опять сделал попытку дотронуться до меня, но я качнула головой:
– Пол, не надо. Ты не должен извиняться.
– Нет, нет! – воскликнул он, с силой хватая меня за плечи. – Выслушай! Ты никогда не обманывала меня, я знал, ты любишь его, я видел, что тебе очень тяжело, но никак не помог.