Я смутилась.
– Ничего страшного! Я тоже, – засмеялся он. – Но знаешь, работа такая. Кстати, я слышал, ты увлекаешься искусством?
Не дожидаясь ответа, он положил мою руку на свою и повел меня в дом.
– У меня есть несколько картин итальянского ренессанса, уверен, тебе понравятся!
– Спасибо, – пробормотала я, удивленная его вниманием. – Но вы уверены, что можете уйти от гостей?
– О, конечно! Когда там есть Пол, обо мне никто и не вспомнит, – рассмеялся он.
Мы поднялись на второй этаж по широкой мраморной лестнице и, пройдя через небольшую галерею, попали в библиотеку, где Ричард отпустил мою руку и смущенно откашлялся.
– Кристина, прости, я соврал тебе.
– О чем вы? – недоуменно спросила я, с интересом осматриваясь.
Книг на полках было много, и все они были разные и лежали как попало, а не ровными неестественными рядами, так что было похоже, что их действительно читали, а не собирали для красоты.
– У меня нет картин итальянского ренессанса…
Я оторвалась от книг и вопросительно посмотрела на него.
– Ты знаешь, я хорошо знал твоего отца и для тебя желаю самого лучшего…
Я не понимала, к чему он клонит.
– И хоть я давно сам хотел с тобой познакомиться, сегодня я позвал тебя по просьбе другого человека.
Пазл в моей голове сложился: «Амир!» Я дернулась, но взяла себя в руки.
– Поверь, – продолжил Ричард со смущенной улыбкой, – я разбираюсь в людях, и он заслуживает того, чтобы быть выслушанным. Вот, прочитай.
Он протянул мне конверт. Дрожащими руками я вытащила хрустящий лист бумаги, где было написано от руки красивым ровным почерком:
Дорогая Кристина, я понял, что хочу быть рядом с тобой всю жизнь, когда впервые увидел тебя. Все, чего я желал, – это бесконечно любить тебя и удивлять, видеть восторг в твоих глазах. Мне безумно жаль, что все так случилось. Поверь, я бы отдал душу, чтобы вернуть время вспять и все исправить. Два года назад мой отец настоял на том, чтобы я женился на дочери его друга. Я не стал идти против его воли, мы сыграли свадьбу, но полюбить ее я не смог. Мы давно с ней разъехались, у каждого из нас своя жизнь. Я был честен с тобой. Для меня этот брак всего лишь формальность, мы давно не муж и жена, если и были ими когда-то. Знай, что я никогда не остановлюсь, пока мы не будем вместе. Навсегда твой, Амир
Последняя строчка расплылась перед моими глазами из-за слез. Я быстро смахнула их и подняла голову. Вместо Ричарда рядом стоял он. Конечно, мне следовало убежать, закричать, делать что угодно, только не оставаться с ним. Но тело не слушалось.
Он еле слышно прошептал мое имя. Мы ничего не говорили, но знали, что́ чувствует другой. Эмоции буквально смешались с воздухом, который мы вдыхали, – любовь и боль одновременно. Так мы и стояли, молча смотря друг на друга, пока не раздался стук в дверь.