Даже без картошки щи получились великолепными. Всё дело во вкусе копчёного мяса, и квашеной капусты.

Я хоть и не кухарка, но сама вкусно поесть люблю.

На обед пришёл Мефодий, я ему налила полную тарелку щей, и он, не переставая нахваливать вприкуску с тёмным деревенским хлебом, съел всё, но добавки не попросил:

— На полное пузо работать не сподручно, а я карету починяю, дело важное, ответственное. Ну спасибо, уж вы уважили. Неудобно, как-то не барское это дело — щи варить, но так и щи барскими получились.

Он сам помыл за собой тарелку, а потом вспомнил:

— Семена, сегодня вечером-то привезут. Я рано утром-то к старосте заходил, письма господские отнёс и про вашу просьбу упомянул. Удивились все, уж и не чаяли, что вы вернётесь-то…

— Вернулась, но скажи, денег-то сколько-то надо?

— Да Бог вас упасти, нет, не обижайте, от чистого сердца.

— Тогда мне ещё для рассады надо земли несколько вёдер накопать, чтобы успели прогреться. И какую-то посуду.

— Ящики цветочные есть, старьё, но крепкие колоды. На чердаке-то лежат, может, и хватит вам для развлеченья…

Он ещё помялся на кухне, прикинул, что дров пока хватит, и вышел.

Теперь настал мой черёд обедать. В столовую решила не тащиться с подносом, перед кем тут чиниться, сама сварила, сама съела, сама посуду помыла…

Налила себе щей, отрезала тонкий кусок хлеба, на него тоненький шматок сала и с великим удовольствием села за стол. Первая же ложка наваристых, в меру кислых и едва солоноватых щей, превзошла все мои ожидания. В городской квартире такие щи никогда не получатся, не хватает того самого аромата русской печи.

— Вера Степановна…

На пороге кухни появился голодный, но не Васька кот, тот уже сала нажрался от пуза и умчался по мартовским делам. Нет, передо мной возник дядя Фёдор и с таким голодным видом…

— Я вас очень внимательно слушаю.

А сама очередную ложечку, да с гущей отправляю в рот и улыбаюсь. Авось за щи продастся и уступит мне имение.

— Могу я?

Он снова замялся. Вот подкалывать у него не ржавеет, а попросить тарелку щей гордыня не позволяет.

— Вы всё можете…

— И всё же, сделайте одолжение…

Недосказанность, ах как ему трудно-то, улыбаюсь, чувствую, как играют на щеках мои задорные ямочки.

— Вы хотите щей? Вам здесь подать? Мы же уже выяснили, что я не кухарка у вас, по крайней мере, пока все вопросы не утрясутся. Но так и быть, в тарелку вам налью, погуще или пожиже?

Пришлось встать из-за стола, и как-то так само получилось вильнуть бёдрами, очень уж по-женски завлекательно.

— Погуще, если вас не затруднит.

Наливаю в большую и глубокую тарелку щей, ставлю на стол и начинаю резать хлеб.