— Очень вкусно. Я ел подобное блюдо давно в детстве, моя бабушка делала ровно такие же, а ещё с ягодой и творогом.

— Я такие тоже умею. Но простите, я уловила в вашем пассаже про виновников и обидчиков некую попытку на перемирие, или мне показалось?

Он прожевал очередной вареник и ненадолго завис, принимает решение выдать мне какую-то тайну.

Я уже сама догадалась, вчера к нам кто-то заезжал по дороге в город, и я даже не поняла, кто это был, и не спросила у Мефодия.

Посыльный.

Жду.

— Мой адвокат прислал письмо…

— И?

Судя по тому, что он сейчас говорит, и как говорит, начинаю подозревать две крайности или всё ужасно, или я победила.

Он решился.

— В сделке обнаружились мелкие неточности, но не такие, чтобы можно было решить до суда в чью-то пользу.

— Значит, суд?

— Значит, суд, и мой адвокат советует, не соглашаться на полюбовное, потому что я в таком случае потеряю большие деньги. Я человек состоятельный, однако не люблю, когда на мне пытаются нажиться. Посему суд, и его, скорее всего, назначат на осень. А пока никаких сделок, и адвокаты ищут виновников этого происшествия…

— Значит, я победила? — мои ладони начали гореть огнём.

— Нет, семьдесят процентов успеха на моей стороне, плюс отличный адвокат и средства. У вас, сожалею, никаких ресурсов нет, но на вашей стороне некоторые неточности в проведении сделки, какие суд, вполне вероятно, может счесть незначительными. Не говорил, потому что не хотел вас расстраивать ещё больше.

— Благодарю за заботу. Но тридцать процентов у меня всё же есть. Нельзя недооценивать удачу.

— Если вам так легче, то верьте в лучшее, это весьма похвальное качество личности. До суда я не имею права вас выселить насильно, но хочу напомнить, что совместное проживание со мной под одной крышей крайне негативно сказывается на вашей репутации. Вам стоит об этом подумать.

Выдыхаю, ситуация нервная, я праздную маленькую победу с привкусом горечи, потому что он во всём прав, а у меня есть только отсрочка.

— Моей репутации уже мало что может повредить. Я вдова, обманутая, бездомная, с крошечкой суммой в кармане, какой хватит лишь на месяц жизни. За этим порогом меня ждёт нищета и какая-нибудь ужасная работа. О репутации поздно заботиться, я уже начинаю заботиться о выживании.

Ожившие желваки на его серьёзном лице выдали нерв, по которому я умело прошлась…

— Сменим тему, — вдруг он сам решил уйти от очень непростого разговора, и я ему за это благодарна, но не от всего сердца. Потому что следующий его провокационный вопрос чуть было не стоил мне жизни. — Я заметил эти длинные ящики с землёй, вы занимаетесь ботаникой? Что-то посадили и не спросили моего мнения?